А теперь перенесемся на раскаленную планету с кремниевой жизнью. Кремниевые соединения не окисляются. Значит, энергию для жизни они должны получать каким-то другим путем. Ну, например, восстановлением. Это как раз реакция, обратная окислению, связанная с тем, что у соединения отнимается лишний кислород. Конечно, для этого на планете должна быть восстановительная атмосфера. Как у нас на заводах, где из растворов окислов получают чистые металлы: медь, цинк, никель и даже алюминий…
Там — бросил на «землю» ржавую железяку, через некоторое время она как новенькая. Представляешь себе — целые горы из чистых металлов. Оловянные и свинцовые реки и болота. И среди всего этого призрачного мира движутся странные существа…
Но жизнь, по современным предположениям, может существовать не только при повышенных температурах. Некоторые ученые считают, что в царстве космического холода может также развиться жизнь, но… на аммиачной основе. Знаешь, что такое аммиак?
— Н-ну, химическое соединение какое-то…
— Не какое-то, а простейшее соединение азота с водородом. До минус тридцати трех градусов — жидкость. Чуть потеплее — газ с резким запахом. В жидком аммиаке прекрасно растворяются очень многие химические элементы. Как в воде. Чем же тогда это не основа жизни? Только «аммиачники» должны жить в морозной атмосфере азота. Им и «дышать». А «пить» жидкий аммиак. Так что температура определяет и путь развития планеты, и вид возможной жизни на ее поверхности.
Последнее условие — радиация. Для нормального развития белковой жизни необходимо, чтобы планета находилась где-то далеко-далеко на задворках Галактики. На безопасном расстоянии от соседних звезд. В районах, где миллиарды лет нельзя ожидать страшных вспышек сверхновых. Каждая такая вспышка несет с собой губительную волну радиации, космического излучения.
Условия, конечно, жесткие. Но жизнь — механизм гибкий. Вот недавно американский астроном Шеппли высказал гипотезу о том, что жизнь может возникнуть не только на планетах, но даже на звездах…
— А, на «черных звездах»!.. Это я читал.
— Так что, с одной стороны, жизнь возникает случайно и потому редко, а с другой стороны, наоборот, мы наблюдаем невероятную приспособляемость и потому широкую распространенность ее форм. Конечно, окончательно этот спор будет решен только тогда, когда состоится первая межзвездная экспедиция.
— А когда это будет?
— Ну, брат, задай какой-нибудь вопрос полегче. Предсказывать, как будет развиваться цивилизация на Земле, — это не по моей специальности. Кроме того, таких предсказаний было довольно много. Самое последнее сделал американский ученый и писатель — фантаст Артур Кларк. Напомни мне, когда будешь уходить, я тебе дам его таблицу с прогнозом того, как будет развиваться человечество примерно до две тысячи сотого года.
Может быть, другой кто и обиделся бы на упоминание Юрия Николаевича о времени: «Когда будешь уходить». Но Никола не обратил на это внимания. И правильно сделал. Обижаться тоже нужно знать — когда. Вместо этого Никола спросил:
— Юрий Николаевич, вот вы говорили, что в нашей Галактике больше двойных и вообще кратных звезд. А в их системах жизнь может возникнуть?
— Разумная? Вряд ли. Так же, как и на поверхности холодных звезд-карликов. Слишком неустойчивые. Понимаешь, приспособиться жизнь может ко всему, но для развития ей нужно время. А в кратных системах вращающиеся друг около друга звезды будут попеременно нарушать движение своих планет — и те полетят по сложным орбитам. Температура и радиация на их поверхностях начнет совершать бешеные скачки. Какая-то жизнь, может, и есть на них, но разум — вряд ли. И вообще ты представляешь себе жизнь под двумя солнцами? Например, красное днем и голубое ночью…
— А что, интересно…
— Еще бы. Можно прикинуть, что бы нас ждало там. — Молодой человек взял со стола справочник и раскрыл его. — Вот, например, Дзета созвездия Возничего: красный сверхгигант с диаметром в сто девяносто два раза больше солнечного. На расстоянии примерно в восемьсот сорок миллионов километров от него, то есть почти рядом, находится голубой гигант, в двадцать раз меньше своего соседа. Обе звезды вращаются вокруг общего центра, который лежит где-то внутри красного сверхгиганта. Смотри.
Юрий Николаевич нарисовал на листе бумаги схему движения звездной пары.