Закрыв чат и поплотнее закутавшись в плащ попытался уснуть.
День 21.
Утро пришлось просидеть на месте. Туман был настолько плотный что видимость была практически нулевая. Я сильно замерз, и система меня порадовала небольшим штрафом к характеристикам в честь легкой простуды. А ничего, что я наполовину мертвяк? Но видимо я все еще продолжал считаться человеком. Если появится насморк - это будет вообще что-то с чем-то. Так и бродил у плиты около часа пока туман чуть не поредел. Что странно зомби опять пошел за мной. Хотя, чего я удивляюсь. Как никак у меня еще осталось много мяса на теле столь необходимого ему. Чем ближе к центру я подходил, тем больше становилось нежити. Стали встречаться тридцатые и выше.
Пройдя чуть дальше заметил темнеющее в тумане крупное строение. Вот и первый дольмен. Огромные глыбы камня были сложены в продолговатое строение. Вход в него должна была перегораживать огромная плита. Ее куски сейчас валялись перед склепом, а вход зиял темным проломом. Учитывая то что толщиной плита более полуметра страшно представить, что вырвалось оттуда.
Если исходить из того что на окраинах долины хоронили рядовых членов охотников, то ближе к центру должны быть похоронены высокие чины. Либо что очень хреново сами последователи. А что может натворить поднятый мертвым полубог? Да ну бред. Тогда бы точно в округе никого не было.
Подойдя к обломкам входной плиты стал зарисовывать видимые на ней символы. Таких я еще не видел. Попытаться потом заглянуть внутрь склепа? Тяжелые шаги за спиной. Резко развернувшись я практически в упор посмотрел на сросшуюся костяную маску. Драугр, тридцать восьмой. И как я его не заметил?
Драугр угрожающе зарычал, его антрацитово-черные глаза не отрываясь смотрели на меня. Я очередной раз сглупил. Драугры разумны и фишка с родством с ними не прокатит. Значит идем ва-банк. От моего тела потянулся черный туман похожий на дым. Затрещали кости и доспехи на мне заходили ходуном под трансформирующейся плотью. Стало еще холоднее и внутри стал просыпаться голод, а после него и злость. Злость на себя и окружающий мир. Весь мир передо мной предстал в черно белых тонах и сейчас я смотрел в глаза монстру являющемся моим братом.
- Otva issua Lip torykar iz Tell?
На некоторое время я растерялся. Выходит, они могут разговаривать. Драугр передо мной потянулся к мечу за его спиной, и я лихорадочно пытался перевести на текст произнесенное им.
- SoumiTar
Драугр опустил руку и направился к проходу в дольмен, после чего скрылся внутри.
Чей лик освещает твой путь?
Сармитар
А что было бы если бы я назвал имя другого бога? И что все это было?
'Твой брат поприветствовал тебя'
Кем был Сармитар Таррок?
'А разве ты не догадался еще? Именно ему люди несли свои жертвы, когда кто-то умирал'
Выходит, он был покровителем мертвых. Злом.
'Забудь свой мир и перестань клеить повсюду ярлыки тому чего не понимаешь. Боги не были не добром ни злом, они были богами. Наблюдая стихийное бедствие, ты называешь его злом?'
Я понял тебя. Значит этот драугр был похоронен в дольмене.
'Меня забавляет твоя глупость. Драугр всего лишь один из сторожей такой же, как и ты недоучка'
А ведь ты все знал. Интересно откуда такая осведомленность? Драугр любил с тобой пооткровенничать?
'В отличии от тебя я могу смотреть и видеть. Ты же можешь только одно из этого'
Тот, кого охраняют драугры внутри склепа?
'Иди в центр долины'
Земля под моими ногами сильно проседала, и эта форма казалась неповоротливой что вызывало во мне раздражение. Но я знал, что это было не так. Сейчас я мог двигаться гораздо быстрее чем будучи просто человеком. Осколки плит и камней, как и дольмены стали встречаться чаще. Как и драугры. Их уровень вырос до сорокового. Все могилы были разорены. Туман становился все реже и наконец мне открылся центр долины.
Три огромных дольмена сложенных из обломков скал, страшно представить себе сколько сил ушло на их возведение. Я никогда не видел в живую пирамид или других монументальных сооружений в своем мире. Сейчас я смотрел на строения их превосходящих. Не знаю кто создавал эту локацию, но он был гений и безумец одновременно. Грубые каменные глыбы образовывали единый ансамбль внушающий смотрящему на него чувство обреченности и ничтожности. В таких громадах можно хоронить только титанов или других гигантов. На громадных плитах, закрывавших вход были выбиты знаки знаменовавшие классы тех, кто был похоронен внутри.