— Наверное, я хотел привить девушке не ужас и отвращение, а любовь к полетам. Зачем трепать в небе прекрасную деву?
Ира рассмеялась и сняла шлем и очки. Резинка слетела с волос. Длинные светлые пряди рассыпались по плечам. У меня аж дыхание перехватило от неземной красоты силачки. К счастью, Ира быстро спрыгнула на землю, а ее место занял новый пассажир.
Так, одного за другим, я вывез всех комсомольцев, кроме одного. Один парень — худенький и невысокий, мялся в сторонке.
— И ты иди сюда. Давай, не стесняйся! — я протянул ему шлем и очки.
Парень взял их и забрался в кабину. Ремезов застегнул на нем ремни.
Я снова сделал круг над городом, промчался над Волгой и приземлился. Мой пассажир выглядел равнодушно, я бы сказал, уныло.
— Тебе плохо?
— Нет, все нормально, — ответил парнишка, снимая шлем. — Просто скучно. Не интересно.
— Почему? Разве полет — это не высшее счастье?
— Нет. По крайней мере, не такой полет. В нем нет свободы. Ты связан по рукам и ногам кучей правил и законов. Не можешь взлететь, когда хочешь и полететь, куда хочешь. Или просто покружиться над городом, ни для чего.
— Ну, извини. Самолет — сложная машина. Требует заправки и обслуживания. Множество людей должны приложить усилия, чтобы летчик мог подняться в воздух. Да и летит самолет по законам аэродинамики. Нарушил их — и ты в раю… не знаю, попадают ли туда летчики, или нет.
— То-то и оно, — ответил мой пассажир уже с земли. — И чем дальше, тем свободы меньше.
— Дело твое, — только и ответил я.
Да, летающие машины не всем нравятся — это факт. Многим не по душе часами висеть между небом и землей, и глазеть на стрелки приборов. Надеюсь, парнишка найдет себя в какой-то другой области. Лишь бы на пользу стране.
Я терпеливо дождался, пока Ремезов отведет слегка обалдевших комсомольцев к проходной и вернется обратно. Он не очень удивился, застав меня у самолета.
— Что, все-таки любовь человека и машины с первого взгляда?
— Есть немного. Я хотел поинтересоваться: где И-153? Его надо вернуть туда, откуда я его взял.
— Эвон чего захотел. Отдыхай, бродяга! У инженеров какие-то проблемы — то ли шпильки не подходят, то ли отверстия не там просверлены. Так что сиди дома… за госсчет. Погости у родителей. Порадуй стариков.
— Они еще молодые, — нахмурился я.
— Неважно. Заскучаешь — полетай немного, развейся. УТ-2 в твоем распоряжении. Сам Яковлев тебя заприметил, говорят.
— Я от Поликарпова никуда…
— Без сомнения. Но вот тебе крылышками самолет помахал — и ты уже в кабине. И всем хорошо. Да не переживай, курилка. Согласовано все. У главных договоренность имеется. Все ж на общее дело работаем.
Я взял Ремезова за плечи:
— Ты даже не представляешь какой груз снял с моей души. Прямо жернов мельничный рухнул. Спасибо тебе. Ты — настоящий друг. Да шучу я. Пусть конструкторы сами между собой разбираются.
Ремезов высвободился и почесал лоб:
— Тебя не поймешь — то ли ты серьезно, то ли нет. Короче, можешь идти. А я бумажной рутиной займусь.
— Так точно, товарищ главный генерал! — я откозырял и вышел из кабинета под смех Ремезова.
Глава 10
Гоп-стоп
За проходной меня ждал очередной сюрприз. Или сюрпризиха, если так можно назвать могучую деву Иру Кузнецову.
— Я хочу стать летчиком, — с хода сказала она.
— Одна из всех? Слабоват энтузиазм. Вот что значит летчик, а не махровый пропагандист.
Дева «отчаянно» покраснела:
— Нет, не только я хочу летать. Там еще желающие есть…
Она попыталась выпутаться из неловкого положения, но запуталась еще больше. Впрочем, полный обожания взгляд Иры красноречиво говорил сам за себя: дева явилась по мою душу. Я махнул рукой:
— Да ладно. Замнем для ясности. Пойдем, приглашу тебя куда-нибудь.
Ира просияла:
— Конечно идем!
— А ты будешь со мной спать? — это была не только шутка, но и «проверка на вшивость». К счастью, c чувством юмора у моей новой подруги было получше, чем у Чкалова. Иначе я мог бы очнуться в больнице со сломанным носом.
— Разумеется! А для чего я здесь?
Ира, очевидно, приняв игру, схватила меня за руку. Я не считал себя слабаком, но мне показалось, пальцы зажали в тиски. Горячие. Можно даже сказать, раскаленные.
— Полегче, пожалуйста. Не то мне потом месяц в гипсе ходить придется.
— Ой, извини, — Ира ослабила хватку. — Я покажу тебе, где можно хорошо подкрепиться.
— Только давай я схожу домой переоденусь. А то в летном комбинезоне как-то неудобно по ресторанам гулять.