— Я с тобой…
Ира прижалась ко мне так, что у меня захватило дух. И вовсе не от желания… Вернее, не только от желания.
— Ты что возомнила, дева? — грозно вопросил я, подражая былинным богатырям. — Что я сбегу от тебя? Не бывать этому!
Ира прыснула в кулак:
— Точно?
Я потрогал себя за нос:
— Вроде пятачка нет. На свинью не похож. На кабана тоже. Не переживай. Встретимся здесь же, у проходной. Обещаю.
Я добежал до квартиры и переоделся в костюм, когда-то подаренный мне мамой в честь окончания «бухгалтерского» училища. Старомодно, конечно, но сойдет. Пистолет Коровина занял место в кобуре под мышкой — я подсмотрел подобный способ ношения оружия у американских гангстеров. Вроде незаметно.
Теперь главное, чтобы не получилось как в новомодной песенке: «Мы были оба. Я у аптеки. А я в кино искала вас…» Впрочем, вроде бы мы вполне конкретно договорились.
Мои опасения оказались напрасны: Ира пришла первой и нервно расхаживала туда-сюда. Она переоделась в свободное вечернее платье, скрывающее развитую мускулатуру, зато подчеркивающую небольшую, но вполне заметную грудь. На первый взгляд — самая обычная девушка, разве что чуть-чуть полная. Неплохая маскировка.
Я взял Иру под руку, и она потащила меня в ресторан. Ну, не совсем в ресторан, а в кафе — неплохое заведение для провинциального Рыбинска. Правда, там часто собиралось местное хулиганье, но я все же надеялся избежать ненужной стычки.
По дороге мы разговаривали о важных вещах: я поведал Ирине, какие документы нужны для поступления в летную школу, какие требуются медицинские кондиции и что подтянуть из школьной программы.
Само кафе располагалось в полуподвале старого двухэтажного дома. Просторное помещение, отделанное лакированными деревянными панелями, массивные круглые столы, молодой официант, усатый кассир за стойкой — все, что нужно пролетарию для отдыха после трудового дня. Уже не простая, как сто копеек рабочая столовая, но еще не изысканный ресторан.
Я достал деньги, но, как ни странно, за себя Ира предпочла расплатиться сама:
— Я неплохо зарабатываю — у меня доплата за вредное производство. Не желаю стеснять своего мужчину.
Ничего себе! Меня уже в собственность записали. Любопытно, что будет дальше?
— Ты где-нибудь учишься сейчас? — я постарался сменить тему.
— Уже заканчиваю ФЗУ…
— Оканчиваю, — перебил я и добавил, чтобы разбавить духоту. — Летчик должен быть грамотным. Знать четыре арифметических действия и уметь бегло читать.
— Оканчиваю, да. Стану электриком.
— Значит, раз ты не боишься ни вольта, ни ампера — а эти ученые бьют больно, морально ты готова и к полетам.
— Звучит многообещающе. Ты мне поможешь?
— Постараюсь. Будешь в Москве… знаешь, заходи прямо ко мне домой.
— Неудобно как-то. Что скажет жена?
Я вздохнул и на секунду отвел глаза от юного лица Иры.
— У меня нет жены. Ну, то есть, была, но я ее убил.
Дева робко улыбнулась:
— Снова шутишь?
— Вовсе нет. Но там сложная ситуация была. Короче, я сейчас совершенно свободен. Хочешь — верь, хочешь, не верь.
Наверное, моя физиономия приняла кислое выражение, потому что Ира схватила меня за руку и прошептала:
— Я верю. По глазам вижу. Ты не можешь врать. И ты не виновен, я знаю. Прости, прости меня. Я причинила тебе боль…
— Посыпала соль на рану, Содрала кожу с полузажившей ссадины. Провела когтями по сердцу. Разбередила душу… вот теперь я шучу, да. Все в порядке. Ты не виновата. Это я сам себя накрутил. Давай о чем-нибудь поприятнее, а?
— Давай, — Ира мило улыбнулась, но, увидев, что из-за соседнего стола встал широкоплечий парень, тут же прикусила губу.
— Привет, Ирка, — развязно сказал тот. — Нашла себе кавалера? Серега уже не мил? В столицу хочешь перебраться?
— По-моему, я тебе никогда поводов для надежды не подавала, — дева ответила с достоинством.
Я раскрыл было рот, намереваясь срезать незадачливого ухажера, но Ира ласково глянула на меня: не мешай, мол, сами разберемся.
Серега схватил её за плечо и вдруг побелел. Лицо покрылось испариной: Ира, особо не напрягаясь, перехватила наглую руку и стиснула кисть.
— Если ты сейчас же не отвалишь, у тебя ни одной целой кости не останется. Будешь как холодец с хреном.
— Да хорошо, хорошо… Пусти. Я же пошутил.
— Зато я с тобой шутить не буду.
Ира легонько толкнула Серегу, и тот едва не улетел в противоположный конец зала. С этой минуты он потерял к нам всякий интерес.
Мы беседовали, пока окончательно не стемнело.
— Закрываемся, — объявил официант. — Ждем вас завтра, уважаемые посетители.