— Нужно приземлиться вон туда! — и указала на поле рядом с границей пожарища.
— Попробую, товарищ штурман.
— А я думала, ты летчик экстра-класса.
— Ты верно думаешь. Но я — не клинический идиот. Посадка с подбором площадки без наземной разведки — всегда лотерея. Вдруг там болото? Или нет, не болото. Просто рыхлый, вязкий грунт, размокший от дождей. Запросто скапотируем. То есть, опрокинемся на нос. Это для непосвященных. Но если очень надо…
— Очень. Еще как надо.
— Тогда держись за что попало.
Я швырнул машину к земле, выровнялся и на вираже осмотрел площадку. Поле как поле. Никаких сюрпризов быть не должно. Вроде бы.
Но когда колеса коснулись земли, самолет запрыгал, как по булыжнику. Я тут же дал газ и снова ушел в небо — иначе я выбил бы себе все зубы, а самолет рассыпался бы на части. Что за кроты там поработали?
Только через несколько минут я осторожно нащупал подходящее для посадки место. Машина прокатилась по ровной земле и остановилась у еще дымящейся полосы гари. Там, где я только что пытался приземлиться, виднелись черные борозды, когда-то давно оставленные плугом. Сейчас они заросли травой. Ну да, это же поле. Правда, пока его почему-то не засевают. Почему? Да кто ж его знает? Сельское хозяйство для меня — загадка века.
Едва смолк стук мотора, и лопасти винта замерли неподвижно, Ира рванулась с места и тут же плюхнулась обратно. Привязные ремни не просто так придуманы.
Я обернулся:
— Крепления не сломай часом. С запасом, конечно, сделаны, но все же прочность у них на медведей не рассчитана.
Щелкнул замок. Ира выпрыгнула из кабины и бросилась к груде пепла, в которой что-то белело и поблескивало. Я последовал за могучей девой.
Груда пепла оказалась сожженным человеческим телом.
— Лесник, — авторитетно заявила Ира.
— Это он сам тебе рассказал?
— Вон бляха валяется…
Я поднял покрытый сажей металлический кружок с номером и выбитыми буквами «РСФСР. Лесник».
— Глаз — алмаз!
— Теперь ясно, как начался пожар. Это поджог. Умышленный.
— И убийство, — добавил я. — Вряд ли лесник закурил и застрелился от неразделенной любви.
Ира, похоже, привыкла к моим шуткам. Она только пожала плечами.
— Да, убийство. Безо всяких сомнений.
— Значит, надо его раскрыть. Поехали искать злодеев.
Ира посмотрела на меня как на идиота:
— Они уже далеко. Сколько времени прошло?
— Немного. Пожар вспыхнул сегодня утром. А у нас есть целый самолет с полным баком горючего.
— Диверсанты могли использовать замедлитель.
— По-моему, ты слишком много знаешь для прессовщицы. Ладно, замнем. Надо хотя бы облетать окрестности.
— Сначала необходимо доложить обо всем начальству.
— Поищем злодеев, потом доложим. Поехали!
— Надо бы по деревням поспрашивать, не видел ли кто подозрительных людей, — предложила Ира. — Там, где мы сможем приземлиться, конечно.
— Гений! — восхитился я. — Иди работать в милицию. Тебе там рады будут.
— Так точно, товарищ майор! Шнурки поглажу и сразу пойду! — Ира явно меня пародировала.
Я подтолкнул ее к самолету:
— Залезай, да пристегивайся уже. Не забудь очки. И отставить болтовню!
— Есть, товарищ майор!
Я проконтролировал Иру, залез на свое место, пристегнулся и нажал на кнопку стартера. Мотор фыркнул черным дымом и ровно затарахтел. Я проверил оба магнето и дал полный газ. Самолет разбежался и оторвался от земли у оставленных плугом борозд — места для разбега едва хватило. В который раз я восхитился отличной машиной.
Глава 13
Сидор Порфирыч
Лететь к сгоревшей деревне, разумеется, не было никакого смысла. Я сверился с картой и взял курс на север, к Волге. Как выяснилось, зря. Ни в одном селе никто не видел никого подозрительного. Им можно было верить: половина жителей убежала гасить пожар, и любой праздно шатающийся незнакомец выглядел бы белой вороной.
Потом я полетел на юг. С тем же результатом. Ира все время меня пинала, требуя вернуться на базу, но я упорно продолжал поиски. Наконец и у меня закончилось терпение.
— Все! Последняя деревня. Название смешное — Лом. Мне оно понравилось, поэтому там и сядем. И даже станция есть. Попытаем начальника — и домой.
К счастью, мне удалось найти подходящую площадку возле поселковой улицы. Самолет, подняв сухую пыль, пробежал до самой железной дороги.
Нам навстречу вышел седоусый дед в синей тужурке — наверное, свидетель строительства самой линии Ярославль — Рыбинск. Если что, её проложили аж в 1898 году.
— Здра… жла!.. Майор Вихорев! — с хода оглушил я дежурного. — Расследую причины лесного пожара. Никого подозрительного не видели?