Когда же трудовой день завершился, и цеха опустели, у нас и вовсе перестали путаться под ногами. Но и нашему врагу тоже никто не мешал. Он проявил себя, когда мы, уже совсем отчаявшись найти что-то ценное, медленно брели вдоль сборочной линии — тележек с установленными на них авиационными двигателями. Интересно, на что мы рассчитывали? На то, что Дейцман прячется в ящике стола или шкафу для инструментов?
Под потолком неподвижно застыла кран-балка с кабиной управления. В ней никого не было: я сам проверил это несколько минут назад. Как туда забрался наш недруг, ума не приложу. Во всяком случае, ни я, ни Ира никого постороннего не видели. И не выбраться бы нам живыми, если бы не последний луч заходящего солнца.
Когда мы были прямо под кран-балкой, краем глаза я увидел, как на стене мелькнула тень.
— Полундра! — заорал я, сбив Иру с ног.
Там, где мы только что стояли, о бетонный пол с грохотом ударилась бадья с цементом. Все вокруг заволокло серой пылью. Кое-как я встал и откашлялся. Ира сидела на полу, плевалась и протирала глаза — ей досталось больше.
Кто-то большой и тяжелый налетел на меня, опрокинул на пол. Прямо перед носом у меня блеснуло лезвие ножа. Я рванулся в сторону. Клинок звякнул о бетон, выбив искру.
— Шустрый, таракан. Живучий, — тихо произнес незнакомец. — Все равно раздавлю.
Снова блеснул клинок. На этот раз остро заточенное жало нацелилось на мое горло. Я схватил врага за руку, но она словно была стальной. Мне показалось: в мире нет силы, чтобы ее остановить.
Глава 16
Двойное дно
Острие коснулось шеи. Я сопротивлялся, как мог, и в последнюю секунду все же успел немного отклонить лезвие — оно чуть задело кожу. Вдруг раздался хриплый крик. Короткий треск позвонков эхом отдался в уголках цеха. Злодей обмяк и навалился на меня всей тушей. Ира легко, без видимых усилий, свернула шею здоровенному мужику.
— Спасибо, — простонал я, не в силах пошевелиться.
Ира сбросила с меня труп и перевернула на спину.
— Да это же начальник охраны завода товарищ Ларионов! — воскликнула она и нетерпеливо добавила: — Ну, ты вставать будешь?
— Попозже. Устал что-то. Дай полежать. Этот бетонный пол такой удобный… Лучше пуховой перины.
— Слабак!
— Согласен. Не буду же я спорить с…
— С кем⁈
— С самой сильной женщиной на свете. Не убивай меня, пожалуйста. В этой истории и без меня полно трупов. Хотя одним больше, одним меньше — все равно.
— Ты можешь быть немного серьезнее?
— Могу. Вот сейчас отлежусь, и сразу стану таким серьезным, как товарищ Молотов из Политбюро. Помоги лучше, разбойница!
Ира взяла меня под мышки и поставила на ноги:
— Некогда валяться. Надо искать второго гада.
— Ты откуда знаешь, есть ли второй вообще?
— Так быстро с кран-балки не слезть. Один должен был сбросить на нас бочку, второй — добить выживших. Ищем второго! Он далеко не мог уйти!
— Не… Вряд ли наш «доброжелатель» сидел в кабине и ждал результатов. Скорее всего, рванул на помощь «коллеге». Но увидел твою мощь и позорно сбежал. Так что его и след простыл… И, наверное, хорошо.
— Для него же, — Ира продемонстрировала мне свою финку. — Вот если бы первый напал на меня, пока я глаза не протерла, было бы страшно. К счастью, видимо, решил, что со мной одной будет справиться проще, чем с двумя. А может, оставил меня на закуску.
— У тебя странные навыки для прессовщицы. Размышления тоже отнюдь не выпускницы ФЗУ. Ты вообще кто?
— Говорила уже: дочь лесника.
— Скорее, мясника. Все, молчу.
Ира шагнула ко мне. Я отступил на шаг назад.
— Да стой ты. У тебя кровь на шее.
В самом деле: сбоку от кадыка саднило. Я прикоснулся к ране и поморщился: больно. Впрочем, всего лишь царапина.
— А… Ну, это хорошо.
— Почему?
— Кровопускание, говорят, снижает давление.
— Тьфу на тебя! Давай хоть перевяжу. Не то ты выглядишь, как… труп с перерезанным горлом.
Ира быстро отыскала цеховую аптечку и ловко обработала мне ранку. Повязку могучая дева-воительница наложила в меру свободно и в меру сильно. Во всяком случае, мне было достаточно удобно и кровь перестала течь. А ведь могла бы и задушить. С нее станется.
— Неплохо. Этому учат отцы-лесники? Или на курсах охотников?
— Этому учат на курсах медсестер.
— Может, тебе пойти работать в медицину?
Ира скривилась и мотнула головой: