— Может, ты сюда заглянешь? Здесь немало интересного. Хотя вряд ли ты хоть чего-то не знаешь в этом мире.
— Интриган ты, Вихорев. Сержант, ты за главного!
Свет на секунду померк, потом в лицо мне ударил яркий луч. Брагин вошел в каменоломню, держа в руке мощный фонарь. Хорошо подготовился.
— Что там у тебя?
Я молча отвел особиста в сокровищницу. Это был мой триумф. Изумление Борина не стало для меня неожиданностью, но я впервые в жизни увидел, как вытянулось лицо и отвисла челюсть у чекиста Брагина.
— У тебя что, не было никаких сведений о деньгах?
Брагин пожал плечами. Дар речи вернулся к нему через минуту.
— Рута Яновна… наш информатор с той стороны, ничего об этом не говорила. Да мы даже атаку на твой бомбардировщик проморгали!
— Зато я был начеку. Жаль, не сдюжил. Проклятый ДБ-240 маневрирует как… шаланда.
— Не истребитель все-таки, — философским тоном заметил Брагин. — Давай, выходи на белый свет. Хватит торчать в сокровищнице Али-Бабы.
— Всех разбойников скрутили?
— Этих — всех. Вот только кроме них, других полно. По всему белому свету разбросаны.
Я выбрался из свет божий. Как только в глазах перестали плясать цветные круги, я увидел милую моему сердцу картину: красноармейцы в зеленых фуражках держали немцев на мушке. Половина матросов стояла с руками за головой, половина сидела. Симаков был крайним справа. Никто из моих недавних врагов не смел даже шелохнуться. Но я сразу, наметанным глазом, определил: кое-кого не хватает. «Вальтера» на земле тоже не было.
— А где Ремезов? Он же был здесь. Чуть в сторонке стоял. Я ему руку прострелил.
На мою реплику Брагин отреагировал сразу:
— Краснобаев, Линев! Осмотреть тропинку! Задержать нарушителя! В случае оказания сопротивления стреляйте на поражение!
— Я бы не стал посылать всего двоих. Ремезов, даже раненый, хитер и опасен. Его всем отрядом ловить нужно. Так мы только людей потеряем.
Брагин тут же согласился. Не дурак.
— Отставить! Алексей Васильевич, вы правы. Мы попробуем поймать не Ремезова, а саму подводную лодку. Сержант, постройте пленных в шеренгу. Возвращаемся в Туапсе. Оттуда организуем поиски. На воде и на суше. Краснобаев, Линев! Останетесь здесь охранять пещеру. Надеюсь, сухой паёк и вода у вас есть.
До города оказалось всего ничего — чуть больше часа быстрым шагом. Но каждая минута, каждая секунда казались мне бесконечностью. Как же все долго! Пока мы здесь топаем, подводная лодка уйдет! Почему нельзя изобрести радио в рюкзаке… или нет, даже в кармане, чтобы мы смогли прямо отсюда передать нужные сведения прямо в Москву? Об этом я прямо спросил у Борина.
Инженер пожал плечами:
— Было б из чего, сделали бы. Лампы здоровенные, много жрут. Требуют высокого напряжения. Кристадины пока не доработаны. Лосев старается, конечно… Но и они не панацея — нужно что-то миниатюрнее. Может, в будущем что-то и получится. Пока нет элементной базы.
На этом разговор завершился: наш отряд уже пылил по пригороду Туапсе мимо деревянных домов и мазаных южнорусских хат.
Здесь кипела жизнь: в огородах за низкими деревянными заборами люди возились в земле. Трое грязных, замызганных детишек — два сосредоточенных мальчугана и девчонка «рот до ушей», пронеслись мимо, пиная пустую консервную банку. Высокая, статная красавица с полными ведрами на коромысле, проплыла нам навстречу. Солдаты облизывались, глядя ей вслед.
— Отставить пялиться на девок! — прикрикнул Брагин. — Будет еще время. Марш вперед!
Здание НКВД — угрюмое каменное здание в три этажа, находилось на краю центра города. Знаю, звучит коряво, но по-другому не скажешь. Как еще назвать место между старым железнодорожным вокзалом и морским портом?
Немцев и улыбающегося во весь рот Симакова увели. Мне, разумеется, никто не сказал, куда. Но я и сам догадывался: в подвал. Обычно там располагаются помещения для задержанных. Впрочем, иногда камеры устраивают на первом этаже. Но никогда на втором и выше — там обычно сидят следователи.
Брагин заметался, как ужаленный. Он то звонил по телефону, то исчезал и снова появлялся. На меня никто не обращал внимания даже несмотря на то, что я прицепил кобуру с «Коровиным» на пояс. В самом деле: мало ли чего может делать в управлении НКВД человек в летном комбинезоне и с пистолетом?
В конце концов мне надоело стоять и я нахально спросил дежурного у «вертушки»:
— Где тут присесть можно?
— А проходите в комнату отдыха, товарищ Вихорев. Там и чайник с кипятильником есть. Я скажу майору Брагину, где вы, если искать будет.