"Сказать? С ума сдурел, Лёха?! Щас так: Саня! Этот вон мужик, скорее всего где-то в галактике "киндзадза", так что вы его даже не ищите, время попусту не тратьте!"
–Чего такой смурной? Праздник же,– "толкнул в бок" вопросом, уставившийся на отчаянно бьющихся со снегом воробьёв дядя Коля.
Невольно залюбовавшись на, с неподдельным трепетом и радостью("ты посмотри – чё вытворяют, ты посмотри") наблюдающего за разыгравшимися птицами, столетнего старика, "вильнул" с ответом:
–Да Пашку жалко…
–А чего его жалеть? Собаке – собачья смерть, – не поворачиваясь к обалдевшему от такого заявления Алексею Петровичу, – и Слава Богу, может у тебя, хоть сейчас жизнь наладится, а то сколько ты из-за этого паразита перемучался, – чуть покосившись на сосредоточенно слушающего его "воспитуемого", – он же всю жизнь, только за счёт твоей благодати прожил, своей-то, ему, Господь, не уделил, так как, родиться он не должен был, если б не вмешались.
Холодея душой, Алексей Петрович вспомнил, многократно рассказываемую Пашкой, историю о том, что во время его родов, пуповина захлестнулась вокруг шеи, и если б не врачи…
–Дядь Коль, – как-то испуганно попытался возразить Алексей, – это же неправославно…
–Много вы понимаете, пацаны сопливые, что – православно, а что – нет, – повернувшись с торопливо хрустящему снегом капитану, – ну, что там, Сашенька?
–В-общем, договорились! Екатерина Андреевна(оформлявшая труп Пашки прокурорша)подготовит дело как отравление, с лабораторией договоримся, короче, фу, Слава Богу, порешали! —облегчённо, как после трёхдневного запора, выдохнул капитан, – а чё вы на меня так смотрите?
–Никто на тебя никак не смотрит, – веско прошамкал в ответ дядя Коля, – пошли уже, дело доделаем, а то Варька тебе точно голову оторвёт…
Полулёжа сидящая на стуле "соплюха", дёрнувшись было вверх, увидев, что входят свои, вновь сползла, максимально вытянув ноги, и, не переставая тыкать в экран обоими большими пальцами и похихикивая.
–Соня…
–А я всё сделала, дядь Саш. Вон пакеты, вон бумаги, осталось только сфоткать в присутствии понятых…
–И чё? Больше заняться нечем? Чаю сделай, с утра не жрамши. Заберу я тебя эту "балалайку", говорил же Андрюхе(отец "сопливого" младшего лейтенанта), не покупай, не покупай!
–Ага! – обиженно "взвыла" помощница, – Кате то, сами же, месяц назад уже купили, а мне только сейчас!
–И у той дуры, тоже заберу, – окончательно рассвирепел "грозный родитель".
"Соплюха" подскочила, сунув айфон в китель, заметалась по кабинету как белка, цокая каблучками и махая туда-сюда жиденьким, схваченным резинкой на затылке светло-русым хвостиком.
"Это она, чтобы ноги отдохнули, так сидела," – раскаянно мелькнуло в голове у Алексея Петровича, наблюдающего как маленькая, "метр с кепкой", девчушка, обиженно посапывая, задрав к верху курносый носик, лихо накрывает на стол.
–Вот это "поляна", – одобрительно крякнул дядя Коля присаживаясь на предлагаемый ему стул, – если к этому, да ещё сто грамм…
–А будете?! – подпрыгнув на месте, встрепенулся "воробышек".
–Соня!
–Да ладно уж, что уж такого, прям должностное преступление…, – опять обиженно засопела младший лейтенант, – кушайте, а я счас, – "занырнула" за шкафы, разгораживающие кабинет надвое и оттуда опять донеслось тихое похихикивание.
–Не трогай ты её, Саша, пусть отдохнёт, – попросил Алексей Петрович.
–Да, я и не собирался, всё равно толку никакого, двадцать с лишним лет, вчетвером двух девок воспитываем и никак воспитать не можем.
Объединённые общей бедой, когда, познакомившиеся в роддоме, сразу после рождения первенцев, из-за занесённой там инфекции, обе "мамашки", утратили способность иметь ещё детей, обе семьи, жили почти как одна семья, как самые близкие по крови родственники.
–А с кем это она переписывается? – приглушив голос спросил Алексей Петрович.
–Да не шепчи, дядь Лёш, она всё равно, сейчас, ничего не услышит, пока, по делу, не позову. С Катькой конечно, с кем же ещё. Я потому и психую, что раньше то, со старыми телефонами, они хоть немного отвлекались, а в этих, они, то картинки, какие-то дурацкие друг-другу, то видео. Совсем уже. Глупее всего, когда они, дома, рядом плечом к плечу сидят, и всю эту белиберду друг другу пересылают, и хохочут как ненормальные.
–Пусть, играются. Наиграются и перестанут. И хохочут пусть, наплачутся ещё, так что пока у папки с мамкой пусть порадуются, семейная жизнь начнётся, там уже не до "игрушек" будет, – уверенно прошамкал дядя Коля.
–Думаете?
–А что там думать…, всегда так было, и есть, и будет.
–Да вот, что-то замуж они обе не очень то торопятся, я тут, сдуру, как-то дома, ляпнул, типа вы смотрите, на друг друге не поженитесь, и похолодел тут же весь, а вдруг думаю и правда, в мире то, сейчас, вон чего творится.