И если кто-то из бабушкиных подруг, еще оставшихся в живых, что-то и знал о ее женихе, то это могла быть только она, тетя Сима. Поэтому в первую очередь Ольга позвонила Алёшке.
— Привет, а ты случайно не в Москве? — выпалила она, едва услышав его голос в трубке.
— Нет, — с достоинством ответил Алёшка. — Я в Гонконге, в командировке. Впрочем, тут еще белый день, так что нет, Лёлечка, ты мне совсем не помешала.
— Я вот чего не могу понять, — не удержалась Ольга. — Ведь в ваших инвестиционно-финансовых кругах все, что угодно, можно делать дистанционно! Почему же ты, Алё-шечка, находишься в какой-то вечной командировке, причем каждый раз в новых неожиданных местах?
— Насчет вечной не уверен, — с привычным снисхождением ответил Алёшка. — Возможно, у тебя просто талант звонить именно тогда, когда я в отъезде. Сейчас у нас идет сделка, она требует моего личного присутствия; если ты иногда читаешь новости, то знаешь, что платежи сейчас проходят с большим скрипом даже сюда. Поэтому я здесь. Чем я могу тебе помочь?
— Ты ужасный, высокомерный тип, — засмеялась Ольга. — Но я все равно тебя люблю, поэтому искренне желаю тебе удачной сделки. Честно говоря, мне нужен вовсе не ты, а твоя мама, поэтому я хотела спросить, как она себя чувствует. И где она сейчас, в Москве или на даче? Или на юге, может быть?
— Мама в Москве, — сообщил Алёшка почти уже нормальным человеческим голосом. — Думаю, она будет очень тебе рада, особенно если ты возьмешь на себя труд до нее доехать. А зачем она тебе нужна, если не секрет?
— Как раз секрет. Но я потом тебе обязательно расскажу. Спасибо большое, Алёшечка! Гонконгу привет!
— Передам, — пообещал Алёшка и отключился.
У Вари, кажется, даже кудряшки на голове закрутились в вопросительные знаки.
— Ну что? — шепотом спросила она.
— Ты чего шепчешь? — тоже шепотом спросила Ольга и снова засмеялась. — Все в порядке, тетя Сима в Москве. Сейчас позвоню, и, наверное, надо ехать.
— Сергей же просил никуда не ездить, — нахмурилась Варя.
— Ты как себе это представляешь? У тебя вообще пожилые родственники есть? Им надо оказывать уважение и проявлять внимание, иначе никто тебе ничего не расскажет. А я у тети Симы была… на ее день рождения, наверное, ей исполнилось семьдесят четыре. В этом году юбилей. Так что нет, точно надо ехать. Митя в сети не появлялся?
— Нет, — вздохнула Варя. — Странно это все. Как будто все разом куда-то исчезли, и остались только мы с тобой. Может быть, и Москвы уже никакой нет, и вообще наступил зомби-апокалипсис, — вдруг сказала она совершенно серьезно. — Знаешь, Оль, я, наверно, с тобой не поеду. Если кто-то из них и объявится, то у меня. Только ты уж, пожалуйста, не пропадай тоже, как все остальные. Пиши мне хоть раз в четверть часа, что у тебя все в порядке, ладно?
Тетя Сима, Серафима Павловна, на звонок ответила и милостиво — хотя и с налетом хорошо узнаваемого Алёшкиного высокомерия — согласилась принять Ольгу в гостях. Ехать было неблизко, на «Кунцевскую»: новую квартиру в модном Западном административном округе лет пятнадцать назад купил Алёшка на свои инвестиционные бонусы. Последние пару лет Серафима Павловна почти не выходила из дома, жаловалась на боли в ногах и высокое давление. Доставку ей на дом еды, лекарств и других необходимых в быту вещей организовал все тот же Алёшка; с его же подачи на дом приходили домработница и медсестра. В общем, с Ольгиной точки зрения, тетя Сима жила богато, но одиноко; с другой стороны, не менее одиноко жила и она сама, только что в школу ходила, и чем, спрашивается, бедное одиночество лучше богатого? Вот то-то же.
А СФ трубку не взял и звонок ее сбросил, что было уже совсем неприятно и странно. Но, может быть, ему пришлось выкупать ЛГ/КМ из неведомого обезьянника, подумала Ольга, на время забыв о собственном нерушимом правиле. Что поделать, они на военном положении. Так что не время, наверное, предъявлять за сброшенные звонки. И она ограничилась тем, что коротко написала ему в телеграм, куда поехала и зачем.
— Каждые четверть часа, — еще раз напомнила Варя перед ее уходом. — Иначе я буду тебе названивать, и только попробуй не ответить!
На прощание она порывисто обняла Ольгу, отчего та и растерялась, и как-то некстати растрогалась. До метро она дошла без приключений, хотя и порывалась периодически нервно оглядываться по сторонам в поисках возможных преследователей. Да успокойся ты, уговаривала она сама себя, ну не «Аль-Каида»[10] же это в самом деле!
Получалось у нее очень неуверенно, но за ней и в самом деле никто не шел, и машины проезжали мимо по своим делам, и со стороны она со своими параноидальными выходками наверняка выглядела абсолютно чокнутой.
10
Организация признана террористической решением Верховного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2008 г. № ГКПИ 08–1956, деятельность организации запрещена на территории Российской Федерации.