-То есть поэтому он может становиться невидимым, – спросил я, – он просто пропускает через себя свет, который не встречает препятствий? а как же тогда оставшиеся десять процентов? Почему они не видны?
-Это ученые пока выяснить не смогли. Предполагается, что в организме асасина есть нечто вроде биокомпьютера, который сравнивает излучение, касающееся тела и моделирует его точные характеристики в том случае, если бы препятсвий на его пути не было.
-А пластичность? Арахнид, что метаморф?
-В каком-то смысле все ассасины являются метаморфами. Для псевдоплоти ведь нет разницы, как именно расти, используя определенные химикаты можно настроить ее под любую требуемую конструкцию.
-Хм… а почему тогда мрицех еще не используют своих собственных ассасинов? Поймать одного, настричь с него псевдоплоти и пусть формирует новые почти неуязвимые тела для вашей армии.
-Это еще один из секретов фелов. Псевдоплоть после потери связи с носителем не меняет своих характеристик, и становиться из живого организма просто странным образованием. А с гибелью ассасина и вовсе распадается на набор из нескольких химических элементов.
-Интересно, – возможность менять облик меня заинтересовала, – вы знаете, как именно можно изменить структуры псеводплоти?
-Нет, но могу узнать. Кажется это не очень сложно, во всяком случае, диверсионные группы справляются в полевых условиях, используя подручные материалы. Так. Ну что у нас еще? А…неполадки с системой маскировки. Жрец фелов привязал управление этой системой к вашему эмоциональному состоянию, которое у ассасинов вообще-то является полностью контролируемым, поэтому тот факт, что с помощью медитаций вы научились по желанию управлять этим свойством, вполне объясним. Оставшиеся проценты тела приходятся на нервную систему, которая, надо сказать, несколько отличается от привычной мне схемы, пусть даже и с учетом дополнительных конечностей и отделов в мозгу, призванных ими управлять. Вероятно, имел местно направленный мутагенез. Кроме того я нашел довольно большое количество нервных окончаний в районе позвоночника. Причем синапсы и нейроны расположены так, словно там должны были образовываться дополнительные сенсоры. Это тоже не является типичным для модели диверсант. Ну и остались совсем уж мелочи. Мышцы копчика и нижней части спины расположены так, словно собрались управлять массивным и тяжелым хвостом. Лицевые жевательные мускулы видоизменены, видимо задержись вы у фелов чуть дольше, рот бы открывался не вверх и вниз, а влево и вправо. Ну и еще сопротивление прямой пси-активности у вас просто немыслимое. Сорок девять единиц.
Арахнид прослушал список этих мелочей и задумался о том, чтобы упасть в обморок.
-Ну-с, а теперь займемся вами, – улыбнулся мне этот маньяк от науки. Дальнейшее помню смутно. Со мной профессор возился куда больше.
-Знаете, – сказал наконец Сол, – а у вас очень странное внутреннее строение.
-Более странное, чем у меня? – заинтересовался Арахнид.
-На порядок. Прежде всего у вас, кажется, два мозга.
-А почему только два? Было же больше.
-Что?!
-Ну спиной, головной и несколько костных.
-Шутить значит можем? Ну-ну. Значит у вас два мозга. Головной и грудной.
-Хм, а каким я думаю?
-Головным и это очень хорошо, потому как я готов поставить все свои научные труды против дрянного комикса, что тот мозг, который находится в груди, должен содержать, и скорее всего, содержит, сознание фела.
Мне как-то вдруг захотелось куда-нибудь присесть, а ученый тем временем продолжал.