Официантка принесла нам заказанные заранее напитки, приняла новый заказ. На этот раз я даже не посмотрел ей вслед. Собственноручно наполнил Надин бокал. Пузырьки шампанского в бокале устроили маленький салют. К коньяку я пока не прикоснулся — лишь взглянул на его цвет: выглядел тот неплохо. Снова ожила музыка. «Говорят, что некрасиво, некрасиво, некрасиво отбивать девчонок у друзей своих…» — пропел Володин. Я заметил, что почти все музыканты ансамбля посматривали в нашу сторону — будто бы исполняли композицию для меня и Нади. Надежда это тоже увидела. Она улыбнулась — без напускного высокомерия, отсалютовала музыкантам бокалом с шампанским. Пригубила вино. Снова вспомнила о своей роли — недовольно поморщила губы. Надя не прокомментировала качество поданного игристого вина — поставила бокал на тол, откинулась на спинку стула.
«…Как же быть, как же быть, — пел Федя, — запретить себе тебя любить…»
— Я уже лет пять не была в ресторане, — сообщила Надя.
Она говорила тихо — я едва слышал её голос.
— В прошлый раз ходила в ресторан вместе с папой. Не в такой большой. На Кутузовском проспекте. Там не было таких пафосных названий в меню. Но там тоже играла музыка, и было сильно накурено.
Надя махнула рукой, точно отогнала от себя клубы табачного дыма.
Она посмотрела мне в глаза и спросила:
— Саша, почему ты бросил курить?
Я улыбнулся, ответил:
— Тело нужно беречь. Заботиться о нём. Если не хочешь уже в пятьдесят лет стать старой развалиной. Куренье вредит здоровью. Я это точно знаю: прочувствовал на себе. Курение не приносит пользы. Плохая привычка.
Надя кивнула.
— Да, наверное, ты прав, — сказала она.
— Я точно прав.
Надя усмехнулась.
— Саша, твои друзья не выглядят новичками на этой сцене. Федя ведёт себя, как лидер коллектива. Хотя другие музыканты ансамбля старше и опытнее его — все, кроме Дани, конечно. Ты общался с ним там, в будущем? С Володиным.
Я покачал головой.
— Только однажды: на похоронах деда.
— А потом?
— С тех пор мы с ним больше ни разу не встречались.
Надя вскинула брови.
— Правда? — сказала она. — Саша, ты же пообещал, что у Феди появится невеста. Тогда, помнишь? Ты придумал этот факт? Успокаивал друга? Или… о его невесте ты тоже узнал на похоронах?
«…Ну, ответь мне „нет“ при встрече, — спел Володин, — чтобы сердцу стало легче…»
Я бросил взгляд на сцену и отметил: Надя была права. Федя Володин действительно смотрелся лидером коллектива — уже сейчас, на дебютном выступлении. На сцене Федя всегда преображался, словно был там в родной стихии. С гитарой в руках он не казался бледной тенью всегда шумного и энергичного Мельникова… или моей — на сцене обычно мы попадали в его тень, особенно густую в те минуты, когда Володин пел. Федя встретился взглядом с моими глазами, пропел: «…Как же быть, как быть…»
Я невольно вспомнил больничную палату в Питере и лицо Шуры Семичастных, которая сидела на стуле около моей койки. Тогда по Шуркиному лицу текли слёзы: то был день грустных историй.
Володин на сцене редко улыбался: любил серьёзные и романтичные песни. Но сейчас он улыбнулся. Словно знал, что Шура Семичастных ещё не приходила ко мне в палату. Да и я в ту палату пока не угодил.
— На похоронах деда Жени мы о Фединой невесте не говорили. Или… я эту часть разговора не запомнил. О Фединой невесте мне рассказала Шурка Семичастных. В Питере, когда проведывала меня в больнице. Помнишь, я об этом говорил?
Надя кивнула.
— Конечно.
«…Но без грустных нежных глаз твоих…» — пропел Федя.
Я отметил, что в зале ресторана пока не танцевали — гости ещё не вышли на нужный для танцев градус веселья. Официанты активно разносили по залу заказы. У них на подносах блестели графины, бутылки и бокалы.
Я посмотрел Наде в глаза и сообщил:
— Федина будущая невеста сейчас в этом зале… скорее всего. Работает, если у неё не выходной. Официантка. Кристина Дмитриева. Незамужняя, пока, и бездетная. Симпатичная, по мнению Шурки. Примерно твоего возраста.
Надя встрепенулась, повертела головой — пробежалась по залу взглядом в поисках официанток.
Спросила:
— Которая из них?
Я пожал плечами.
— Понятия не имею. Никогда её не видел.
— Блондинка или брюнетка?
— Шурка мне об этом не говорила.
Надя посмотрела на меня.
— Ты Шуру об этом не спросил? — удивилась она.
— Зачем?