Надежда чуть сощурилась — будто бы перебирала в голове списки своих музыкальных предпочтений.
— Звёздочку хочу, — сказала она.
Приподняла брови — будто бы с вызовом. Высокомерия в её взгляде я не заметил. Зато отметил: за нами сейчас наблюдали почти все гости ресторана, которые сидели в зоне нашей видимости.
Мельников раскинул руки и заявил:
— Прекрасный выбор, Надя! Это мы можем. Это мы запросто.
Он снова схватил графин и уменьшил его содержимое на два глотка.
Вытер тыльной стороной ладони губы и пообещал:
— Сейчас всё будет. Через минуту. Как в лучших домах Филадельфии.
Даня стукнул меня ладонью по плечу, обронил:
— Не спи, Медведь.
Он поспешил на сцену.
Там к нему тут же подошли музыканты во главе с Володиным. Федя выслушал Данин отчёт — повернулся в нашу сторону и показал нам поднятый вверх большой палец (скопировал мой недавний жест).
Я посмотрел на Надю, поднял бокал и произнёс:
— За нашу свадьбу.
Надежда улыбнулась — я не почувствовал в её улыбке фальшь.
— За свадьбу, — повторила она.
Бокал с коньяком звякнул о фужер с шампанским.
Я сделал глоток — одобрительно кивнул: вкус напитка мне понравился.
Музыканты выстроились на сцене, Федя объявил:
— Эту песню мы исполним для наших московских друзей. Для Саши Медведева и его прекрасной супруги Нади. Ребята поженились этим летом. Молодцы. Мы желаем им бесконечной любви и долгой совместной жизни.
— И чтобы умерли в один день! — подал голос Мельников.
— Ребята, будьте счастливы, — сказал Федя. — Эта песня для вас. И так: «Звёздочка моя». Исполняет ансамбль «Метеоры».
Володин поаплодировал сам себе. Я встал во весь рост и поддержал его аплодисменты: тоже похлопал в ладоши. Бросил призывный взгляд на соседние столы — сидевшие там гости ресторана послушно выдали музыкантам аванс овациями.
Проснулся электроорган. Ему подыграли гитары.
«Песни у людей разные, — пропел Федя, — а моя одна на века…»
Я протянул Наде руку и сказал:
— Потанцуем.
Надя кивнула, опустила бокал на стол. Вложила тёплые пальцы в мою ладонь и поднялась со стула: грациозным, будто бы хорошо отрепетированным движением. Шагнула ко мне — я почувствовал запах её духов.
«…Что вдвоём вдвойне веселей…» — пел Володин.
Я повёл Надю ближе к сцене: там было просторнее. Остановился, повернулся к Наде лицом. Положил руки на её талию, улыбнулся. Краем глаза заметил улыбки на лицах музыкантов ансамбля (на сцене только Федя остался с серьёзной миной). Надежда быстрым движением поправила воротник моего пиджака и галстук. Откликнулась на мои движения.
«…Как же я хочу рядом быть…»
Мы танцевали. Смотрели друг другу в глаза. Под звуки музыки и Фединого голоса. Деревянный пол подо мной едва слышно поскрипывал. Надя прижала ладонь к моей спине — другой рукой придерживала меня за плечо. Я вдыхал аромат ландышей и запах Надиных волос (уже узнаваемый, почти привычный). Любовался завитками волос.
«…Знаю для тебя я не бог…»
Янтарный свет ламп, облака из табачного дыма над столами, мелькание нарядов официанток. Мы снова оказались в центре всеобщего внимания — на этот раз на нас взглянули даже с дальних столов. Я тоже посмотрел в глубину зала. Заметил серый костюм майора Иванова. Олег Павлович был за столом в компании двух мужчин, один из которых показался мне знакомым.
«…Поздно мы с тобой поняли…» — пропел Федя.
Я сообразил: за столом с майором КГБ сидел тот самый мужчина, которого мы встретили около десятой школы — когда Надя предотвратила попытку покушения. Тот самый, которому Надежда передала своего пленника. Вот только сейчас он выглядел солидно: в костюме, при галстуке, с аккуратно причёсанными волосами — будто мелкий чиновник.
«…А не то, что жить на землеееееееее».
Последний звук финального слова песни Володин мастерски растянул. Словно запас воздуха в его лёгких был бесконечен. Я заметил, как одобрительно кивнул его коллега, стоявший за электроорганом. Увидел, что замерла в проходе между столами официантка — та самая «чернявая» Кристина Дмитриева. Она посмотрела на Федю удивлённо и с интересом.
— Это была песня для Саши и Нади Медведевых, — сообщил со сцены Володин. — Ребята, вы прекрасная пара. Любите друг друга. Ещё раз примите наши поздравления. Поаплодируйте им, товарищи.
Музыка стихла.
Федя указал на нас рукой и повторил:
— Саша и Надя Медведевы.
— Медведи, — сказал Мельников.
Надя шутливо погрозила Дане пальцем.
Гости ресторана «Ленинград» искупали нас и музыкантов в овациях — сейчас овации прозвучали ощутимо громче и бодрее, чем после прошлой музыкальной композиции. Я услышал, как в зале иронично повторили: «Медведи».