— Саша, — сказала она, — теперь я улавливаю связь. Та ссора около кинотеатра, этот поход в ресторан…
Я поднял руку, покачал вилкой и оттопыренным указательным пальцем.
Тень от моей руки заметалась по столу между тарелками, словно сметала со скатерти крошки.
— Сюда мы пришли из-за парней, — сказал я. — У них сегодня дебют. Кто их поддержит, если не мы?
Большим пальцем указал себе за спину и заявил:
— Эти товарищи к нашему походу в ресторан никакого отношения не имеют. К сегодняшнему.
Я снова развернул вилку зубцами к потолку.
— Наденька, — сказал я, — сегодня мы тут просто отдыхаем и служим группой поддержки. Честное слово. Никаких других планов. В этот раз. Я не говорю, что позабыл об этих упырях. Нет. Там, около кинотеатра… признаю: в ухо Зинчуку двинул неслучайно. Не только из-за его слов о Даньке. Держал в уме и убийство Феди Володина. Строил планы. Прикидывал, как выйду на Кривого и Пескаря.
— Зачем?
— Зачем прикидывал? Или зачем мне понадобились эти товарищи?
— Что ты собираешься сделать?
Я поднял бокал — Надя протянула в мою сторону бокал с шампанским. Бокалы с тихим звоном встретились над тарелкой с колбасной нарезкой. Они будто бы подали сигнал музыкантам — снова заиграли гитары.
«Веришь, не веришь, — пропел Володин, — март у твоего окна…»
Около сцены случилась небольшая стычка: женщины атаковали ближайшего к ним мужчину. В итоге красноносого прижала к своей груди широкоплечая дама с пышными рыжими волосами. Четыре другие претендентки… разбились на пары — принялись танцевать.
Я снова заметил, что у Нади на лбу чуть вздрагивали завитки волос.
— У меня было несколько вариантов. Более-менее выполнимых. Вариант встретить Кривого после стычки с его братом стал очередным. Но не первым. Первый я придумал ещё до возвращения в Красношахтинский. Честно признаю. Он не идеален в плане соблюдения закона. Но нарушение закона меня в данном случае не смущает. Федя Володин тогда действовал именно законным способом.
Я развернул ладони к потолку.
— Полсотни Фединых ранений тоже были незаконны. Пусть уж незаконность получат Кривой и Пескарь. Я так решил. Тогда. Потому что у меня на эту жизнь ещё много планов. С волками жить — по-волчьи выть. Что-то вроде этого. Так что план у меня был, и не один. До того, как я женился и нашёл новую работу. Те планы и теперь ещё есть. Только стали неосновными. Потому что появился план лучше.
Я сделал глоток — жидкость из бокала смочила язык и приятно согрела горло. Заметил, как Надя чуть тряхнула головой — призвала меня продолжить признания. Краем глаза я задел танцевавшие около сцены пары — вспомнил сцену танцев из фильма «Афоня».
«…Всё очень сложно, — пел Федя, — если это в первый раз…»
Я поставил бокал на стол и снова вооружился вилкой.
— Какой план? — напомнила Надя.
Мясо в её тарелке выглядело нетронутым, остывало.
Я указал на него вилкой.
— Наденька, ты ешь. Люди готовили, старались — для тебя, так уж точно. Не обижай их.
Надя нахмурилась.
— Саша.
Я показал Наде своё оружие: нож и вилку.
Сказал:
— Какой может быть план? Хочу обезвредить банду, разумеется. Мельникова мы спасли. А Володин разве рыжий? Его тоже спасём. Ведь так? Мы же теперь одна команда? Майор Иванов так сказал. Вот и посмотрим, как эта команда работает. Спасём Родину. И Федю Володина вместе с ней. Вот какой у меня теперь план. Основной. В понедельник вручу Олегу Павловичу бумагу… просьбу.
Я воткнул вилку в остатки мяса.
— Напишу прошение на имя генерала Колосова. Так мол и так, товарищ генерал. Друга спасти нужно. Негодяев необходимо наказать. Поспособствуйте решению этой проблемы. Мы ведь с вами одна команда. Родину спасаем. А Федя Володин — это важная часть моей Родины. Так что будем работать вместе. Как и над решением прочих проблем в будущем. Командой.
Я усмехнулся и добавил:
— Можно было бы наехать на Кривого сейчас. Спровоцировать на конфликт. Он человек неглупый. Но очень вспыльчивый. На кулаках бы он меня не победил. Взялся бы за нож. Тут бы ты его и пристрелила. Ты же чемпионка. Это прекрасный вариант для достижения моей цели. Его я тоже обдумал. Только уж очень он… палевный. После такого меня в Красношахтинском точно не оставят.
Я дёрнул плечом.
— Появятся ребята с автоматами. Скрутят мне руки. И окажусь я за высоким забором на даче в Подмосковье. Кто этого хочет? Уж точно не я. Поэтому Кривого не трогаю. Сейчас. Кушаем мясо, слушаем музыку, культурно отдыхаем. Завтра… или послезавтра напишу прошение генералу. Распишу настоящие и будущие подвиги банды Пескаря в деталях. С именами и с датами. Вот как-то так.