— Евгений Викторович, там лежит список рисунков Романа из «запретной» папки, — сказал он. — С указанием имён и фамилий изображённых на этих портретах людей, дат и причин смерти. Вы сами передали нам фотокопии этих рисунков. Все даты и имена подтверждены. А вот в причины этих смертей вкрались ошибки. Как показало расследование.
Дед Женя выудил из папки список и пробежался по нему взглядом.
— Евгений Викторович, обратите внимание на подчёркнутые карандашом пункты. Их два. Они явно выбиваются из общей статистики. Именно они и помешали нам в своё время прийти к правильным выводам. В списке уже подтверждённых предсказаний вашего внука, Романа, сейчас две такие позиции. Это Василий Иванович Полушкин и Антонина Петровна Зорина.
Дед Женя ткнул в страницу пальцем, поднял на майора взгляд и спросил:
— Что не так с Васькой? Он же умер. Рома на картинке правильные цифры проставил, я помню.
Иванов снова улыбнулся — на этот раз в его улыбке промелькнул оттенок искренности.
— Дата совпала, — согласился майор. — Ошибка случилась в нашем отношении к этой смерти. Она повлекла за собой ошибочное отношение ко всему списку предсказанных Романом смертей: в целом. Заметьте, Евгений Викторович, что я обвёл карандашом не даты этих смертей, а их причины. Видите между ними сходство? Там и там значится примерно одна и та же причина.
— Сердце, — сказал дед Женя. — Тут же кивнул. Ну, да. Помню. Верка тогда из моей квартиры вызвала скорую. Когда у Васьки сердце прихватило. Всё так и было. Я сам тому свидетель.
Евгений Викторович постучал пальцем по странице — в том месте, где строку подчеркнули карандашом.
Майор Иванов пошевелил белёсыми бровями.
— Так… да не так, как оказалось, — сказал он. — Мы проанализировали факты из этого списка и соотнесли их со смертями, которые случились в ареале обитания всех этих людей. Раньше мы уже выяснили, что Рома предсказывал даты смертей только тех людей, которые жили в определённом радиусе от его места жительства. Вот, что мы выяснили.
Олег Павлович взглядом указал на папку.
— Евгений Викторович, там ещё один список, — сказал он. — Побольше этого. Это похожий перечень умерших людей. С указанием всех умерших за тот же промежуток времени, проживавших в том же радиусе от вашего дома, в котором случились предсказанные Романом смерти. Видите? Обратите внимание, что он значительно объёмнее того, что составлен на основе Роминых рисунков.
Майор вновь посмотрел на папку с бумагами.
Дед Женя пролистнул соединённые большой канцелярской скрепкой страницы.
— И… что с того? — спросил он.
Олег Павлович поднял лицо, встретился взглядом с моими глазами.
— Мы выявили все указанные в этом расширенном списке случаи насильственной смерти, — сказал он. — Даже те, где убийство стало результатом несчастного случая. И выяснили, что все эти случаи стали объектами предсказаний Романа. Все, без исключения. Добавьте сюда несчастный случай с Лидой Папиной и убийство Данила Мельникова, которые вы предотвратили.
Майор выдержал паузу и произнёс:
— В общую картину не укладывались только два случая. Те самые две смерти, которые я выделил в списке карандашом. Плюсом к ним мы добавили предсказанную вами, Александр Васильевич, смерть Евгения Викторовича. Три смерти от сердечной недостаточности в списке насильственных смертей. В этом списке они выглядят совершенно неуместно. Если только…
Олег Павлович снова замолчал — дал нам возможность высказать догадки.
Дед Женя покачал головой и заявил:
— Не может быть. У Васьки сердце прихватило. Я сам видел.
Плечи пиджака снова приподнялись.
— Евгений Викторович, теперь у нас есть основания полагать, что вы сделали ошибочный вывод. И что заключение врачей о смерти Василия Ивановича Полушкина тоже было ошибочным. Причину этой ошибки ещё уточнят: те, кому это положено по роду деятельности. Возможно, понадобится эксгумация тел для проведения экспертизы. Это уже решит следствие.
Дед Женя нахмурился.
— Какое следствие? — спросил он.
— Следствие, которое ведётся по возбуждённому уголовному делу, — ответил Олег Павлович. — На основании состава списков мы высказали предположение, что все предсказанные Романом смерти относятся к категории убийств: намеренных или непреднамеренных. Но насильственное лишение человека жизни очевидно во всех случаях, кроме двух.
Иванов снова поднял на меня глаза и добавил:
— Точнее, трёх случаев: в эту же группу исключений мы добавили и предсказанную Романом и вами, Александр Васильевич, смерть Евгения Викторовича Медведева. Три смерти, которые выбиваются из общей картины. Мы изучили эти случаи пристально. Предположили, что они всё же не исключения. На это намекало и заключение московских врачей.