– Чё, так оставим? Может, на пол скинуть? – спросил у товарища тот стрелок, что был выше ростом, с искривлённым носом и оттопыренной верхней губой.
– Командир сказал доставить, разгружать не говорил. Да и не охота прикасаться к клетке. Мало ли эта тварь ядовитая, – ответил полноватый боец с близко посаженными глазами, смахивая пот со лба.
– Да не, Лёх, была бы ядовитая, в такую «жидкую» клетушку бы её не упаковали. Но да ладно, так оставим…
– Наивный ты, Веталь: думаешь, нужен ты тут кому-то. В небоевые потери при ДТП оформят и цинк с грамотой за отличия в службе родным отправят. Но ток не раскисай: похвал посмертных насочиняют – зачитаешься!
Алексей засмеялся своим сиплым хохотом. В этот момент снаружи, со стороны парковки донёсся рёв приближающегося армейского джипа и визг тормозных колодок: автомобиль резко остановился где-то рядом с соседним складом. Хлопнули двери кабины, послышались быстрые шаги в сторону входа на «Склад №2». Через несколько секунд оттуда эхом докатились выкрики: «Где клетка? Куда вы дели её? Ну-ка весь суточный наряд охраны сюда, быстро!»
Виталий почуял неладное, его сердце забилось чаще, но он лишь произнёс:
– «Барабашки» нагрянули, за хернёй этой.
– А нам-то ничё не будет за эту клетку? – забеспокоился Алексей.
– Да не должно, клетка же сама снизу приехала, не мы же её оттуда выперли. А под землей ФББ командует. Значит сами просрали!
– Так-то оно так…
В этот момент дверь резко открылась. В помещение влетели четверо сотрудников ФББ.
– Где клетка? – не удосуживаясь даже представиться, бросил с порога невысокий контрразведчик в чёрной форме ведомства. На его погонах блестели сдвоенные кинжалы, а у остальных «барабашек» на плечах располагались нашитые ромбы. Солдаты поняли, что именно этот крикун был старшим среди «эфбэбэшников».
– Вон на рохле стоит у стены, – ответил Виталий.
– Кто вам вообще отдал приказ её трогать-то, а?! – негодовал низкорослый сотрудник.
– Дежурный по складу, – машинально ответили оба солдата.
– Что здесь происходит? – в дверях появился высокий капитан, на его груди виднелся значок дежурного по складу. Он начал напирать на «барабашек»: «Почему вы находитесь здесь без моего разрешения? Вы понимаете, что мы вправе вас пристрелить тут же?»
«Эфбэбэшник» ответил более спокойным, хоть и возмущённым тоном:
– Это вы мне говорите о правилах после того, как несанкционированно перемещали непонятно куда груз особой секретности? Правда? Сейчас вас больше беспокоит моё прибытие без уведомлений? Я ведь могу и расследование провести. Если эта грёбаная клетка приехала на лифте снизу, это не значит, что её можно трогать! Вам поступало распоряжение об этом грузе?
– Никак нет, – буркнул в ответ капитан.
– Так какого хера вы мне тут рассказываете? Пострелять в сотрудников захотелось? Я устрою вам лично марафон документальных фильмов о спецтюрьмах ФББ, куда попадают, в том числе, за нападение на представителя контрразведки: до конца жизни впечатлитесь!
Военные замолчали, проблемы с «барабашками» им были не нужны.
– Значит так, – продолжил офицер ФББ. – Мы забираем груз и забываем о том, что вы грозились убить опергруппу. Сейчас вы откроете нам вот те ворота и на этом расходимся.
– Ладно, – удручённо ответил дежурный по складу.
Через несколько минут на «Складе №3» уже никого не осталось, включая мёртвого мутанта. Снаружи у двери пожарного выхода возникло тихое жужжание какого-то устройства, затем щёлкнул замок, и металлическая створка открылась наружу. В освещённое лампами складское помещение вошла группа Дракона. Быстро осмотрев немногочисленные стеллажи со сломанными приборами, частями механизмов и просто нерабочей оргтехникой диверсанты приблизились к входу на соседний склад. «Мутанта здесь нет, второстепенная цель отменяется, займёмся теперь тем, зачем пришли», – произнёс в микрофон рации Чжан.
Четверо диверсантов проникли в огромное помещение и тут же скрылись в тенях, закутках, куда не попадал свет от ламп. В этот день количество военных, заступивших в суточный наряд по складу, было меньше обычного – распоряжение Демченко – и разведчики без труда стали обезвреживать их по одному. Получая удар электрошокером в уязвимое место, солдат терял сознание, не успевая понять, что произошло. Диверсанты поджидали солдат в проходах между высокими стеллажами, нападая, когда те оставались одни, вне поля зрения сослуживцев. Чтобы не производить шума, спецназовцы действовали парами: один подкрадывается сзади, наносит удар и ловит тело, второй подхватывает падающее из обессиленных рук очередного караульного оружие. Бесшумно и быстро десять военнослужащих перестали представлять опасность для разведгруппы Дракона. Камеры видеонаблюдения оказались абсолютно бесполезными, потому как к моменту, когда капитан, дежурящий на складе, обратил внимание на мониторы и понял, что не видит на них несколько своих подчинённых, его самого настиг удар шокером в шею. Это произошло прямо в ту же секунду, когда офицер потянулся за рацией, чтобы начать перекличку. Группа Дракона не могла позволить себя обнаружить или оставить свидетелей, но действовал запрет на убийство, кроме крайних случаев. Иначе, это был бы своего рода отпечаток, запрещённый для диверсантов. Их задача – все обставить так, чтобы сам факт проникновения на объект оставался тайной. И записи с камер приоткрыть завесу такой тайны попросту не смогли: костюмы, в которые перед вылетом облачились диверсанты, делали их невидимыми для датчиков и объективов. На видео можно было заметить какие-то прозрачные силуэты, и то, если бы разведчики действовали при ярком освещении вблизи камер, но группа умело скрывалась в тени.