Да, это мы неплохо так припарковались, — вспомнил я свой позитивный настрой еще буквально пару минут назад.
Глава 12
Обладателем шикарных бакенбард оказался Павел Иванович Байков, заместитель начальника интендантской службы морского порта русской территории города Нагасаки. Вылетевшая в окно сударыня — что было и так вполне очевидно, являлась его любовницей: Павел Иванович, как ответственный за содержание нашего особняка от интендантской службы, вот уже полтора года приноровился использовать его в своих нуждах, как тайное любовное гнездышко.
Как раз сейчас выполнившую несмертельный трюк с прыжком со второго этажа даму уносила прочь летающая карета скорой помощи. Обладательницу внушительных статей, кстати, звали Стасюк Прасковья Богдановна, и была она заместителем директора высше-магической императорской школы «Аскольд».
Ну, хотя бы не в гимназии «Паллада» она работает, где вскоре предстоит учиться Наоми — попытался я найти плюсы в ситуации. Мне-то, в принципе, уже несущественно — и без этого все прекрасно.
Кроме того, из плюсов ситуации — на удивление, в случившемся замесе никто не погиб. Меня подобное, учитывая фейерверки взрывов и жестокость скоротечного столкновения технологий и магии поразило. Но для остальных оказалось в принципе само-собой разумеющимся результатом: бронекомбинезоны пострадавших бойцов обладали серьезной системой медицинской поддержки. Отрубленная же рука здесь — в этом мире магии, не такая уж и проблема. Заменяется или аугментацией, или неотличимой от оригинала бионической конечностью, или же вовсе можно провести магическое восстановление за счет медицинской страховки.
Если есть она, эта страховка, конечно же. У пострадавших бойцов такие страховки были: свалившаяся на нас с неба четверка бойцов оказалась группой быстрого реагирования охранной компании «Ермак». Прибыла она к нам домой потому, что у Прасковьи Богдановны оказалась «золотая» страховка и ее личный терминал, в момент приземления, оценив масштаб ущерба организму автоматически послал сигнал тревоги.
Еще одна удивительная для меня особенность этого мира. В котором на границе русской территории могут безнаказанно рубиться банды местного криминала, но за щелчок по носу обладателю «золотой» страховки тут же прилетает ГБР. Ну ладно, ладно, пусть не щелчок по носу — втащила Наоми ей нормально, но все равно.
Кавалеристов Соколова, как оказалось, в момент начала веселья на месте в соседнем особняке вообще не было. Они как раз вылетали с военной базы, направляясь занимать пустующий дом. После получения экстренного вызова, понимая, что опаздывает на огонек, ротмистр сориентировался в обстановке и дал приказ пилоту протаранить конвертоплан группы быстрого реагирования. Пожар в соседнем дворе кстати уже почти потушили — открытого пламени больше не видно, только черный столб жирного густого дыма поднимается, хорошо видный на фоне рассветного неба.
В общем, «некоторая неразбериха, вызванная тем, что с вашей легендой работает сразу несколько ведомств», как это недавно назвал Велльсгаузен, вылилась в серьезное побоище, последствия которого сейчас понемногу разгребали. И пока ротмистр Соколов, представляя интересы курирующих меня ведомств, вел беседу с чинами из полиции, пожарной охраны и представителем «Ермака», ко мне бочком-бочком подошел обладатель бакенбард. Выглядел он сейчас, в костюме, уже весьма представительно — как я и предполагал, хоть сейчас на трибуну с речью. Правда трибуны не было, а Павел Иванович и вовсе упал на колени.
Я не сразу понял, что обладатель бакенбард от меня хочет, и только после сбивчивых объяснений догадался: факт его нахождения у нас дома ночью вместе с Прасковьей Богдановной мог серьезно расстроить супругу Павла Ивановича, которая с его слов сейчас пребывала в святой уверенности что господина Байкова держит ночью на работе служебная необходимость.
Что интересно, именно это сейчас его волновало гораздо больше, чем решение вопроса с полицией, кавалерией, пожарными и собственным руководством из-за устроенного здесь яркого представления. Мне, впрочем, на супругу Павла Ивановича, на его любовницу и на его самого было откровенно плевать. Меня больше занимал результат договоренности ротмистра Соколова с остальными участниками фейерверка и последствия для нас. Зато материализовавшаяся рядом Наоми едва сдерживала ярость, и судя по виду — готова была портового интенданта на лоскуты растерзать.
— Рейдзи, какая-то шалава посмела спать на моей кровати! А ты мне ее еще бить не хотел разрешать! — зашипела она, заставив Павла Ивановича испуганно замолчать.