Он мягко покачивал покрасневшую девушку, и Вей тихо сказала:
– Я же сейчас усну.
– Я тебя подержу! – техник прижал китаянку к себе…
12.4.191. 10:21 Уровень 2 разрез A.
– Старейшина Сетон, – обратилась Лаура к Адаму и протянула ему чуть-чуть потолстевшую папку, – вот все, что удалось отыскать. Очень немного. Женщину звали Вероника Ди Солера, погибла во время восстания. Честно – мне очень жаль ее, она была такой молодой…
– Да, по тем людям скорбели все – население на корабле тогда стало на две тысячи меньше, а оно и так идет на убыль, – сказал Адам, – тогда погибло много молодых, талантливых… Их очень жаль.
– Я понимаю, сэр, – склонила голову Лаура, – разрешите идти?
– Да-да, иди, – не по уставу ответил старейшина, и Лаура пошла в свой отдел.
Мысль, крутившаяся со вчерашнего дня, потихоньку оформилась в логичный вывод.
Она вызвала базы данных, и стала искать женщин, родивших в 153 и тогда же погибших. Таких набралось шесть человек, однако Вероники там не было. Лаура выдохнула, ну не так уж и страшно. Она проверила список сирот, соотнеся их с матерями. Дерек, бывший седьмым, естественно, оказался ничейным. Этого и следовало ожидать, в конце концов, она не первая шла этим путем. «Придется все-таки узнать у Чазова, были ли случаи, чтобы репродуктологи скрывали любую информацию об ЭКО и родах», – подумала Лаура, поднялась и пошла в медицинский отсек – к Вэй Ли.
– Вей, привет!
– Ой, Лаура! – Вэй расплылась в улыбке, – как ты здесь оказалась?
– Я по делу, – тихо ответила Лаура, – ты говорила, что доктор Чазов очень заинтересовался историей о той женщине…
– Да, – кивнула Вей, и тут же спохватилась, – да может он сам ее себе сочинил! Мало ли – бывает, что у тех, которые ложнобеременны, грудные железы начинают работать…
– Ну все-таки… – Лаура пододвинулась ближе и посмотрела Вэй в глаза, – может, поможешь мне со свиданием с Чазовым?
– Ой-ой-ой… – тихонько пропищала Вей, – ты все запомнила? Он ни в чем не виноват! Он только дочку устроил на ЭКО… и только в четвертый раз…
– Ну, не только дочку, и не в четвертый, – чуть надавила Лаура.
– Нет-нет-нет, – также тихо пищала Вей, – это мы с Ди сами придумали… Ничего не было!
– Да я не по этому вопросу вообще, – ослабила хватку майор Майерс, – меня интересует ТОТ случай, вот и все. Можешь записать меня к Чазову на прием? Ну, чтобы мне не пришлось вызывать к себе в отдел… Мы поговорим – неофициально – и вопросов к доктору меньше будет.
– Ну… ну хорошо, – согласилась Вэй Ли, сочтя такую встречу меньшим из зол.
– Вот и отлично! Когда там у меня плановый осмотр?
– Через два дня, – Вэй посмотрела в карту Лауры, – ты сюда к нему пойдешь?
– Он же к нам отсек не приходит, – кивнула Лаура, – приду сюда.
– Тогда в три часа – ты у него последняя за смену будешь.
– Спасибо, Вей.
Впрочем, Лаура не собиралась ограничиваться лишь одним опросом Чазова. История, конечно, давно поросла мхом, но ни одно тайное дело еще никогда не обходилось без свидетелей. Вспомнит ли кто-то что-нибудь, или нет, вопрос был интересный. Ну и плюс к этому можно было вполне совместить долг невестки с работой.
– Добрый день, Лаурочка, – свекровь осторожно «клюнула» женщину в щечку и предложила, – садись, в твоем положении нельзя перегружаться! А что Дерек не предупредил, что забежишь, он полчаса назад всего звонил? У врачей была?
– Так меня и не выпускают из-под контроля, – Лаура хихикнула, вопрос был чисто риторический, Глэдос пусть и не работала главным врачом, новости мед.отдела знала все наизусть, – я от них и пошла, Дерек-то и не знает…
– Ну и правильно… ты же надежда нашего маленького дома… Ну а настрой как? Или совсем тебя уже этим замучили…
– Меня – терпимо, а вот Дерек уже волком воет.
– Ну а что он хотел? Ребенок – дело, не развлечение… а он парень упертый, если уже что-то начал, будет выть, но все равно ведь сделает… Он когда мелкий совсем был, я его посадила на пол ползать, только бутылочку достать из сумки – смотрю, его уже нет. Забрался в шкаф, ухватил какую-то тряпку и сидит, гудит… руки к бутылочке тянет, но не вылазит… да и в школе он упирался порой до слез… если что не получалось… – Лаура закивала, похоже, ее неосторожная фраза не вызвала особенного резонанса, Глэдос не знала, что ее сын заперт, и решила, видимо, что все сводится к капризам молодой беремешки.