– Ксю, мне больно. Пожалуйста, не дави на плечо, – попросил Дерек. Его лицо вдруг сделалось бледным, и он завалился на бок, закатив глаза.
– Все из-за тебя! – хором вскрикнули девушки друг на друга.
– Если бы ты не приперлась среди ночи, все было бы нормально! – кричала Оксана.
– Если бы ты не повисла на нем, все было бы нормально! – вторила ей Лаура.
Она уже успела подскочить к кровати и осторожно поднимала ноги мужчины, чтобы уложить его на бок.
– Поверни его на спину! – скомандовала Оксана. Лаура смерила ее презрительным взглядом, аккуратно повернула бесчувственное тело, вспомнив инструкции по первой помощи, постаралась повернуть голову обратно на бок. Оксана бочком выбралась на пол, стала поспешно собирать вещи и одеваться. Лаура сидела около Дерека на кровати и смотрела, как к его лицу снова приливает краска. Втиснувшись в комбинезон, Оксана подошла к кровати, нагнулась над техником и стала ощупывать его ребра.
– Солдафонка… мужланка… ни грамма нежности, – ворчала она на Лауру, прикасаясь к телу Дерека, – мало того, что приперлась посреди ночи без приглашения, так еще и ребра ему сдвинула снова, дура бешеная!
– Полегче, красавица, а то я тебе пару трещин сделаю, – пригрозила Лаура, – это ты на него легла всем весом – вот и сдвинула ребро.
– Заткнись, вызови лучше медка.
– А ты как будто не медик?
– Дура ты, дура и есть, – продолжала шипеть Оксана, – у меня ни обезболивающих с собой, ни повязок! Вызывай! Нет, сама вызову, а то еще наплетешь чего-нибудь! – она взяла коммуникатор, – Сорок шестая, парамедика в седьмой сектор, третья каюта… Да, к технику Аэртону… Похоже, болевой шок… Анальгетик и реберный бандаж… Ожидаю… – она снова обратилась к Лауре, насмешливо и с издевкой, – что сидишь? Убирайся, сюда сейчас медики нагрянут! Как объяснять будешь, что делаешь в каюте техника, да еще и в простыне?
Лаура зарделась. Однако, с места не двинулась, и очень быстро нашлась, как парировать насмешки конкурентки:
– А у нас что – запрещено встречаться с мужчинами до брака? – она с вызовом посмотрела в глаза Оксане, – так и скажу, ночевала со своим мужчиной. Это тебе придется объяснять, как ты здесь оказалась в такую рань!
– Вот уж не думал, что ты воспримешь меня серьезно, – тихо сказал Дерек, не открывая глаз. Лаура почувствовала его теплую ладонь на своем бедре…
– Не дури, – резко ответила Оксана, – медики все знают, что Дерек мой жених! Давай поднимайся, одевай свои шмотки и выметайся, пока никто не пришел. Я, так и быть, поверю, что ты перепутала апартаменты, и забуду про этот скандал.
– Иди, – шепнул Дерек, – я приду к тебе.
– Нет, – одними губами шепнула Лаура, пока Оксана отвернулась, поднимая с пола ее комбинезон, – если она останется, я тоже останусь.
– На, одевайся! – Ксю бесцеремонно сунула комбез ей в руки.
Лаура одевала комбинезон нарочито медленно, закручивая штанины и рукава в несуществующие узлы и долго и бестолково их распутывая. К тому моменту, как в дверь просунулась белобрысая голова парамедика, она только-только застегнула молнию и обула туфли.
– Парамедик Либски, здравствуйте! Где пострадавший?
– Вот, – одновременно указали на кровать Оксана и Лаура.
– Ох, – изумился медик, – спасибо, дамы! А к чему такое собрание в столь ранний час?
– Я только зашла. По дороге на смену, – ответила Лаура беззаботно, – техник Аэртон все-таки мне помогал там, в шлюзе!
– Ой, так Вы – наша вчерашняя героиня? Как мило, как мило! А вам разве не дали увольнения хотя бы пару дней? – мурлыкал Либски, подходя к кровати и деловито расстегивая кейс с красным крестом.
– Я отказалась, – ответила Лаура, – мне не хочется отдыхать!
– Я тоже с утра зашла проверить, как он, – буркнула Оксана, – и хорошо. А то бы лежал без сознания на полу.
– Тэк-с… посмотрим, посмотрим… – продолжал мурлыкать медик, ощупывая ребра Дерека, – очень мило… очень мило…
Он сделал укол обезболивающего и положил руку на грудь технику, придерживая его и не давая ему встать.
– Вам, драгоценный, пару дней бы полежать! Не крутиться и не перегружаться. А послезавтра в медицинский отсек. Дамы, найдите кто-нибудь коммуникатор техника и положите около него. Дерек, если почувствуете сильную боль – сообщайте. На этом я с вами прощаюсь, техник, дамы, – он слегка поклонился и вышел.