Процесс разработки был небыстрым. Вирус должен был быть универсальным, а его структура должна была позволять «запускать» его действие от самых разных условий. К началу 90х перспективная разработка шла полным ходом, и… Генерал снова взглянул на лежавший перед ним дневник. Разработка едва не отошла в руки новообразованного восточного государства.
Сложно это было, — украсть базу. Легко красть вещь, которую можно просто унести, засунув в карман. Но огромный комплекс строений, нужно красть по-другому. База должна была исчезнуть, оставаясь на месте. Генерал имел к этой базе непосредственное отношение, хотя и не являлся ее прямым начальством. В свое время он организовывал командировки отельных сотрудников лаборатории, для уточнения условий в той или иной стране, необходимых для активации вируса, и руководил закупками оборудования, которое не производилось на родине. Да, базу было непросто украсть. Но гораздо проще, чем представлялось некоторым. База была секретной. А секретность это такая штука, когда каждый знает только необходимую для его работы часть информации. Остальной же информацией, неизвестной человеку, можно манипулировать как угодно. Главное что бы она не вступала в противоречие с той малой частью правды, которую он знал. Для разных людей, только менялись участки известной и неизвестной информации. Таким способом, картину реальности можно было мять как пластилин, лепя из нее все что угодно…
Еще оставались на нужных местах в разваливающемся монолите КГБ несколько доверенных офицеров. Они провели операцию по документальному прикрытию. Каждый из них знал лишь свой узкий участок работ с документами в архивах. А в целом результат получился такой: база-лаборатория опять превратилась в невостребованный законсервированный аэродром. Конечно все следы о существовании лаборатории уничтожить было нельзя, поэтому появилась «отводка» на другой, реально существовавший объект, и информация о том, что он был благополучно закрыт и законсервирован. Работа с документами может и не была филигранной, но близкой к этому. Возможно, куда более тщательной чем требовалось в той атмосфере бардака и развала, который рушил некогда отлаженную машину самой мощной государственной службы страны… Но генерал имел привычку всегда все делать тщательно. Кстати уже через год, ни одного из помогавших ему офицеров не осталось на должностях. Службу трясло, менялись и люди, и названия. Достаточно поглядеть на непрерывную череду реформаций и переименований в черном начале девяностых, что бы понять как лихорадило тогда и страну и контору. С 1991-го по 1993-й: — КГБ, АФБ, МСБ, ЦСР, МБВД, МБ-РФ, ФСК… Лишь к концу девяностых, образованная в 1995-м году ФСБ — «Федеральная Служба Безопасности», начнет вновь, хотя и очень отдаленно напоминать, тот комитет. А тогда… Кто-то ушел сам. Кого-то «ушли». Вышли в отставку, почетную и не очень. Новая метла сменившегося начальства выметала старых людей, и ставила своих. И сама того не зная помогала генералу дополнительно упрятать концы в воду.
Так замели следы в Москве. Оставались местные, к которым старый аэродром должен был отойти по договору. И вот здесь генералу потребовалась помощь. Ни власти, ни связей в новообразованном и бурлящем молодым задором государстве у него уже не было. Тут вопрос могли решить только большие деньги. Их у генерала так же не имелось. Нужен был партнер. Достаточно богатый, и достаточно надежный. Нет, надежность это пожалуй было не то слово… — Достаточно контролируемый. Так на сцене появился Домиан Пшимановский. Этот поляк с гражданством Швейцарии был активным агентом генерала, до 1988года, и имел свой обширный бизнес. Он торговал оружием. Там и тогда, где это было нужно КГБ. Через его шли поставки различным, как это тогда называлось «молодым социалистическим режимам, нуждающимся в защите от агрессии мирового империализма»… Поставки бывали как легальными, так и не очень. Иногда в обход санкций ООН. И хотя ко времени когда генерал развернул операцию с базой, КГБ уже несколько лет как не востребовало Пшимановскго, фактически пустив его дела на самотек, он решил, что это будет наиболее приемлемый вариант. Тем более, что развивший бизнес Пшимановский и без КГБ отлично себя чувствовал на сложном оружейном рынке.