— Джед, давай фляжку, — скомандовал он, усаживаясь на пол рядом с пультом и щёлкая пальцем по бутыли. — Давай-давай! Это спирт с красителями, тут нет ничего человеческого!
Гедимин нехотя протянул ему флягу. Воды в ней было мало — после запуска реактора сармат выпил много, и жидкость не успела сконденсироваться. Кенен щедро плеснул, едва не пролив спирт на палубу. Гедимин понюхал — раствор был довольно крепким, но, как Маккензи и сказал, без посторонних примесей.
— Я вот думаю — пора вернуть наши традиции, — сказал Кенен, отхлёбывая из горла. — Гнать жжёнку из Би-плазмы, делать глинтвейн «Маккензи». Шериф обещал не лезть, пока мы не торгуем. А торговать мы не будем. Кому это надо, в конце концов? Обыкновенный этиловый спирт…
Гедимин хмыкнул.
— Шериф? С чего он сегодня такой добрый?
Кенен ответил не сразу — он, отставив в сторону бутылку, рылся по карманам в поисках чего-то мелкого.
— Специально попросил отложить, — бормотал он. — Для тебя, Джед. Ты не знаешь, что сделал для меня… для нас всех! Вот, возьми. Ты любишь, я знаю.
Гедимин посмотрел на его трясущуюся ладонь и растерянно мигнул — Кенен держал, стараясь не рассыпать, полдесятка тюбиков горчицы. Сармат вспомнил вкус синтетической пряности и сглотнул набежавшую слюну. Ему вспомнились кексы Конара, попытки охранников их надкусить… и кривая ухмылка Юпанки в окошке электрической камеры.
— Не надо было это приносить, — угрюмо сказал он, отбирая у Кенена тюбики. Сначала ему захотелось бросить их в утилизатор, но потом он вспомнил, как сарматы охотно разбирали особые пайки. «Отдам кому-нибудь,» — решил он. «Или всё же съесть?»
Он посмотрел на тюбики, попытался удержать воспоминания о Конаре, — поверх них тут же всплыла их последняя встреча, ядерный загар на худых руках и лихорадочно горящий взгляд. «Оставь в покое Конара,» — угрюмо подумал он. «Ничего уже не будет — ни той переписки, ни тех кексов.»
— Знаешь, кого я видел? — спросил Кенен, подняв голову и заглянув Гедимину в глаза. — Ведь не догадаешься!
Гедимин молча покачал головой. Кенен вёл себя странно — возможно, под влиянием спирта, но тогда речь шла об очень большой дозе.
— Тикийя Нъя… нъями… ямиси… Ah-hasesh! — Кенен хлопнул ладонью по палубе. — Господин Тикийя, полномочный представитель Мианы на этом проклятом куске камня. Он был на совете сегодня. Мне велено передать тебе его извинения — мианийцы неправильно поняли твои намерения там, на космодроме, и были с тобой неоправданно грубы. Хех! Тикийя очень сожалеет. Шерифу пришлось краснеть и бледнеть за твою отсидку. Вот, вот ещё…
Он сунул Гедимину в ладонь десятикойновую карточку. Сармат мигнул.
— Ты говорил с мианийцем? — недоверчиво переспросил он.
— Через переводчика, — кивнул Маккензи. — Да, мы с господином Тикийя хорошо поговорили. Через две недели у нас будет разрешение на работу с мианийцами по эту сторону… а там, глядишь, пустят и на ту. Только держи язык за зубами, Джед. Если они узнают, кто навертел им дырок в мембране…
Кенен хихикнул и, пошатываясь, поднялся на ноги. Он едва не забыл пустую бутылку. Гедимин, придерживая за плечо, проводил его к выходу и, выставив из отсека, растерянно покачал головой. «За что им было извиняться? Я в самом деле влез на их территорию. Глупо с моей стороны.»
Он вернулся к мониторам и некоторое время смотрел сквозь них, задумчиво усмехаясь. «Работать с мианийцами? Чем мы им поможем, если не знаем устройства их кораблей? Что-то я не нашёл этих чертежей на северянских сайтах…»
07 октября 29 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Пойду в информаторий, — сказал Гедимин, выходя из-за стола в полуосвещённом зале «Юйту». Иджес, кивнув в ответ, жестом попросил его помнить о времени отъезда. Дэвид, выглянув из-за стойки, дружелюбно помахал уходящему сармату.
Охранники в информатории оживились при его появлении, но, не увидев ничего подозрительного, в угрюмом молчании проводили его к терминалу и растворились в полумраке. Кто-то из них, как замечал боковым зрением сармат, вертелся поблизости, но за экраном не следил — смотрел исключительно на Гедимина. «Интересно, он понимает по-северянски?» — думал сармат, прикрывая экран спиной и набирая ключевые слова в поисковике.
«Электрические пиявки терроризируют Африку» — тут же вывалился на экран ярко-красный заголовок. Гедимин начал с фотографий — их было много, в основном плохого качества, сделанные издалека и в движении — двигался фотограф, пролетая мимо наэлектризованного роя, хаотично сновали в небе сами существа. Как следовало из заметки, странные животные, оставив небольшие «гарнизоны» у повреждённых ЛЭП, огромной стаей двигались вдоль проводов. Две недели назад они атаковали Цумеб, но огонь зенитных орудий отогнал их от городского купола, и они направились на север, чётко следуя линиям электропередач. «Они поняли, что провода связаны с источником энергии,» — озадаченно думал Гедимин, глядя на карту продвижения мутантов. «Так быстро учатся? Или имели дело с такими сооружениями раньше? Их хотя бы изучили?»
Сармат поискал упоминания Юргинского института — скорее всего, Север передал бы животных, убитых или живых, для изучения именно туда. Нигде ничего не было — только удалённые обрывки сообщений, скопированные на какие-то форумы и тут же оттуда исчезнувшие. Сармат растерянно хмыкнул. «Слишком много секретности в последнее время. Не нравится мне это…»
«Сарматы из гетто «Цумеб» предлагают провести электрификацию рудников Мафетенга в обмен на преференции» — сообщала маленькая сентябрьская заметка на северянском сайте. В комментариях предлагали снести гетто «Цумеб», чтобы проклятой слизи неповадно было распространять мутантов там, где живут люди. Гедимин вспоминал передвижные дизельные установки и скорость монтажа сольвентных станций, — если северяне согласились, сарматы, возможно, уже достраивали защитный купол над рудным полем Мафетенга. «Ирренциевые буры,» — внезапно вспомнилось Гедимину, и он усмехнулся. «Довольно удобный механизм. Интересно, они сейчас в ходу? Или запретили, как и всё ирренциевое? Если да — это было глупо.»
«Могут ли пиявки преодолеть океан? Западный Блок требует усиления карантинных мер в связи с «электрической» угрозой»… «Происхождение электропиявок — мутанты или пришельцы? К вопросу о стабильных пространственных проколах на поверхности Земли»… Гедимин пролистал несколько новостей — заголовки в них были интереснее содержимого. «Представители Мианы настаивают на поиске стабильных порталов с околоземной орбиты. Судьба двух поисковых кораблей, пропавших в штате Мексика, остаётся неизвестной…» Сармат покосился на охранника — тот, позвав на помощь ближайшего товарища, приблизился к терминалу и стоял уже почти за спиной у Гедимина — и, закрыв сайт, поднялся на ноги. «Боитесь?» — так и подмывало его спросить у экзоскелетчиков, но он подозревал, что Фостеру придёт ещё одна жалоба, а он снова выпишет штраф.
Он вышел из терминала к ограждению космодрома и пошёл вдоль него, глядя на корабли. Сегодня ничего интересного не было — мианийский шаттл отогнали на юго-запад и закрыли от зевак патрульным спрингером, барки прибывали по расписанию и так же размеренно улетали к Земле. В зале ожидания собралась толпа в термостойких комбинезонах, и, проходя мимо, Гедимин услышал слова «Венера» и «Маврикий» — кажется, легендарный летающий завод снова собирались вывести в венерианскую атмосферу. Какой из кораблей отправляется на Венеру, сармат не понял, хотя долго смотрел на всё, что отличалось от барков «Земля-Луна», — трудно было отличить рабочие спрингеры от военных, присланных на конверсию или собирающихся в межпланетный рейд.
— Внимание! — разнеслось над малолюдной окраиной, и все, кто сидел на скамейках и смотрел на корабли, зашевелились и прислушались. — Аукцион объявляется открытым! Сегодня в продаже — трофейные звездолёты! Первый лот — «Кенворт» сарматской сборки, тип двигателя…
Гедимин, удивлённо мигнув, огляделся по сторонам. Про аукционы на космодроме он слышал впервые — но вот устроители успели подготовиться и не только установить репродукторы, но и начертить на дорожном полотне указатели. Ярко-жёлтые стрелы вели мимо ангара, где собирались байкеры, к подсвеченному ограждению под отдельным куполом, вынесенным из-под городского на дальний край космодрома. На зазывные крики из ангара выбралось несколько человек. Они стояли у открытых ворот, дымили в уловители и смотрели на маленькое каркасное здание у выхода под купол. Там скучал экзоскелетчик из местной полиции. Гедимин остановился поодаль.