— Я сделаю, — сказал он, и оба сармата, замолчав, повернулись к нему. — Нужно шесть наших роботов. Из трёх получится один. А мыло закажи нормальное. Айзек, знаешь, какое надо?
Сарматы, переглянувшись, облегчённо вздохнули.
— Ладно, пусть так, — кивнул Кенен. — Ещё один заказ… и докупить три уборщика… Идём, Джед, через час нас ждут на космодроме.
…Процесс затянулся. Корабль, подготовленный к сдаче, кишел приезжими «макаками». Прилетели они с Весты или с Земли, Гедимин так и не понял, но у каждой из них были замечания, и Кенен, окружённый ими, только успевал разбивать их доводы. Его глаза азартно горели, и он, встречаясь взглядом с Гедимином, весело подмигивал — с его точки зрения всё выглядело прекрасно, и Гедимину оставалось только отойти подальше. Пару раз проверяющие звали его, как начальника работ. На несколько вопросов, относящихся к реактору и турбинам, он ответил — это были простые, понятные вопросы; дальше началось что-то странное, и Кенен, ответив за Гедимина, жестами велел ему собрать остатки бригады и исчезнуть с космодрома. Сармат не стал спорить — «макаки» интересовались его образованием и опытом работы, и он боялся сболтнуть лишнего.
— В «Юйту»? — Иджес, толкнув Гедимина в бок, указал на терминал. Сармат пожал плечами.
— Иди, если хочешь. Я буду на связи.
Он сел на ближайшую скамейку. До него там сидели двое приезжих; заметив сармата, они испуганно вскинулись, подхватили свои вещи и ушли. Так случалось почти всегда; Гедимин уже привык к свободным скамейкам, и сейчас он сел, удобно подогнув ноги, и повернулся к космодрому. Когда мимо не проезжали погрузчики, отсюда хорошо просматривалась площадка с достроенным кораблём, и даже было видно Кенена в кольце низкорослых «мартышек». Сдача объекта затягивалась, и Гедимин не мог даже предположить, когда он вернётся на базу.
— Хей! — голова в жёлтом шлеме высунулась из-за плеча, и сармат удивлённо мигнул — он не заметил, как патрульный к нему подобрался, звук шагов потонул в шуме объявлений. — Механик Джед? Опять плохо?
Гедимин недовольно сощурился.
— Нормально, — буркнул он. «Макака», обогнув скамейку, уже села рядом с ним и с любопытством разглядывала его броню.
— Сегодня раздавал штрафы, — начал Уриэль, не дожидаясь, пока его о чём-либо спросят. — Всё утро раздавал штрафы! Говорят, в Мацоде паркуются как попало. Это они в Кларке не были!
Гедимин удивлённо мигнул.
— Штрафы?
— Ну да, я же патрульный, — Уриэль похлопал себя по нагрудному значку. — А, вот что! Хотел тебе показать. Смотри…
Он положил на колени станнер, быстро вскрыл корпус вокруг сопла и ткнул пальцем в еле заметное расширение.
— Видел? Полуторная мощность!
Гедимин, отобрав у него станнер, присмотрелся и недоверчиво хмыкнул.
— Один и две десятых, не больше. И… это что, от максимальной?
Уриэль довольно ухмыльнулся.
— И ты так с ним и ходишь… — Гедимин тронул переключатель, прикипевший к максимальной отметке, и недовольно сощурился. — Убери, пока никого не убил.
«А что вероятнее — себя,» — сармат покосился на поясную кобуру, развёрнутую, как обычно, наиболее неудобным образом. «Мартышка…»
— Кого этим убьёшь?! — Уриэль отнял у него станнер и убрал в кобуру. — Он и так нелетальный. А сейчас ещё выпустили этот слоистый скирлин… Знаешь, что он делает с мощностью?
Гедимин покосился на свой скафандр, в принципе непробиваемый для станнеров и бластеров-разрядников.
— Почему у вас разрядники? — спросил он. — Воевали с прожигающими. Ничего не осталось на складах?
Уриэль, воровато оглянувшись через плечо, развёл руками.
— Прожигающие слишком опасны. Так решили на Земле. А что у нас тут все бандиты в скафандрах, никому не интересно.
Гедимин хмыкнул.
— Ты же раздаёшь штрафы. Откуда тут бандиты?
Уриэль недовольно сморщил нос — так сильно, что респиратор подался кверху. Его лицо было крайне подвижным — при сильном волнении, казалось, шевелились даже уши.
— Глупо всю жизнь сидеть на штрафах. Я хочу в отряд захвата. Там, правда, одни местные, а Фостер говорит, что…
На его воротнике замигал красный светодиод, и Уриэль вскочил со скамейки.
— Пора идти. Ты завтра тут будешь?
Гедимин качнул головой.
— Жаль, — сказал человек, оглянувшись через плечо. — А когда будешь? До Рождества увидимся?
Гедимин снова покачал головой. «Стая» проверяющих вокруг Кенена незаметно поредела, и сам сармат отошёл от корабля к посту охраны, — то ли закончился кислород, то ли корабль согласились принять без доработок.
— Плохо, — с сожалением сказал Ури. — А мне к вам можно?
Гедимин изумлённо мигнул.
— Понятно, — вздохнул патрульный. — Но я что-нибудь придумаю. До скорого!
Он скрылся за ангарами. Гедимин покачал головой, переводя взгляд на маленькую фигурку Кенена, а мысли — в привычное русло «корабль — реактор — ирренций». «Отряду захвата должны выдавать прожигатели,» — всплыло на секунду в мозгу. «Или даже гранатомёты. Иначе — какой от него толк?»
В наушниках задребезжало.
— Джед, ты специально сидишь на самом видном месте? — с плохо скрываемым раздражением спросил Кенен. — Иди в «Юйту», я скоро подойду. Нам повезло, теск, и мы должны это отпраздновать!
24 декабря 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Видел? — Иджес толкнул Гедимина в бок. Мимо сарматов по главному коридору прошёл, ни на кого не обращая внимания, Кенен Маккензи. На нём был ярко-зелёный комбинезон с жёлтыми накладками на руках и ногах; всё это, судя по размещению и устройству, должно было защитить его кости при падении на большой скорости. На сарматской базе такой экипировки раньше не было; что-то подобное Гедимин видел на местных байкерах, — не хватало только шипов на свободных местах и орнамента по всему фону.
— Опять поехал, — Иджес поморщился. — Макаки над ним ещё не смеются?
В приоткрывшейся шлюзовой камере Гедимин успел рассмотреть жёлтый флиппер, поставленный у выхода. В шлюзе машина хранилась последние две недели — Кенен арендовал её надолго, а держать флипперы месяцами на обочине запрещалось местными правилами. «Ну, хоть не глайдер,» — думал Гедимин, когда выходил в шлюзовую камеру и натыкался на припаркованный механизм. «С глайдером было бы тесно.»
— Мы идём? — спросил он, недовольно посмотрев на Иджеса. — Или ты мне Кенена хотел показать?
Идти было недалеко — мимо обитаемых палуб к ремонтному коридору вдоль оси, оттуда — в нижний трюм и снова на подъём — в отрезок «оси», протянувшийся к корме. Иджес щёлкнул переключателем, и в коридоре зажглись яркие лампы, осветившие извилистые трубки, свёрнутые из защитного поля, и дырявую преграду в конце пути.
— На скорость летать будем тут, — Иджес подсветил фонарём туннель-эллипс, вытянутый вдоль переборок. — А потом — лабиринт.
Гедимин посмотрел на преграду. Она была сделана из жёстко закреплённых обрезков фрила — видимо, это её обещал сделать Зет, и она не вошла в программу соревнований в октябре. Никаких свисающих и трепыхающихся элементов в составе не было, и Гедимин, вспомнив «кислотную регату», хмыкнул.
— В этот раз без растворителей?
— Будем надеяться, — отозвался Иджес. — Кенен в прошлый раз долго фыркал, и я решил кислоту убрать. Хотя, по мне, ничего плохого там не было. Не взрывчатка же!
Гедимин, протиснувшись вдоль переборки, тронул пальцем преграду и задумчиво сощурился. «А растворить её, в принципе, можно…»
— Плохо без самок, — вздохнул Иджес — пока Гедимин думал о растворителях, механик продолжал что-то рассказывать, и, кажется, Гедимин пропустил несколько фраз. — Айзек говорит — надо всех проверять. А мне это как-то… По-моему, это обидно. Мы тут все разумные. Не притащат же они взрывчатку на регату!
— Пусть Айзек проверяет, — сказал Гедимин. — Сканер у него есть. Или я свой дам.
— Думаешь, надо? — Иджес недовольно сощурился. — Я бы обиделся. Ну а как тебе лабиринт?
Гедимин пожал плечами.
— Я же не участвую. Спроси своих. Может, он неудобный.
Очередная регата на базе «Маккензи» была назначена на двадцать пятое — выходной день; все сарматы оставались на «корабле», и в участники записалось втрое больше, чем в прошлый раз. Иджес сильно волновался — это замечал даже Гедимин.