Критически пересмотрев свои чувства и эмоции, Лилис с энтузиазмом и пылкостью взялась за предложенный Бари эксперимент. Ей было не важно, к каким выводам это приведет, отрицательный результат, это тоже результат.
Она называла Герра не иначе, как "подопытный", чем вызывала улыбку у Бари. Каждую неделю Лилис давала отчет по своему эксперименту.
- "Подопытный" включил азарт. Он сейчас напоминает Дай-Чина, охотившегося на крупного зверя, - смеясь, говорила Лилис. - С другой стороны, в нем проявляется звериная ярость, когда я не говорю, куда я иду, что-то скрываю или не хочу говорить. “Подопытный" проявляет трогательную нежность, когда мы остаёмся вдвоём. От простого моего прикосновения у него "сносит крышу". Вчера он начал меня целовать. И... он точно знал, что нужно делать. Это потрясающе, откуда эти знания?! Возможно, это внутреннее чутьё.
- Я попрошу БуБу организовать постройку ВАШЕГО дома, - вставая из-за стола, вздохнув, выдавил из себя Бари.
Лилис отметила про себя появившуюся печать напряжения на лице Главного конструктора. Она подумала, что, возможно, это след его сомнений в правильности дозволения этого дурацкого эксперимента. А возможно, даже угрызение совести за содеянное.
Бари "мерил шагами" свой кабинет.
Девушка хотела отказаться, но уязвленное самолюбие и желание взять реванш за свое разбитое сердце не просто заставили ее согласиться, она начала рассказывать пикантные подробности происходящего между ней и Герром.
- Он страстный и пылкий. От его похотливого взгляда можно потерять голову. Когда он сжимает меня в своих крепких объятиях и шепчет мне на ухо слова восхищения, и рассказывает о том, что он чувствует, я прямо слышу льстивые слова Сата, - улыбаясь, рассказывала Лилис. - Кстати, я должна отметить, что твоя десница много работает с Герром. "Подопытный" даже перенял у Сата его манеру говорить.
- Главное, чтобы он не перенял у него его амбиции и вольнодумство, - недовольно буркнул Бари.
- Я испытываю упоительное наслаждение, когда он касается губами моих затвердевших сосков, - не замечая реакции конструктора, продолжила девушка. - Даже сейчас, от этих сладостных воспоминаний, меня охватывает лихорадочное волнение. Ему нравится, когда моя ладошка обхватывает его пульсирующий...
- Хватит! - оборвал ее Бари. - Нет необходимости рассказывать о том, что происходит между вами. Надо быть слепым идиотом, чтобы не возжелать тебя. Это как раз объяснимо.
По его лицу прошла судорога. Желваки заходили под скулами, и он крепко стиснул зубы.
Лилис смотрела на него невинными глазами. Но внутри испытывала удовольствие от реакции Бари.
- Хорошо, я не буду. Но, думаю, важно вот что: он всегда занимает верхнюю позицию и никогда не допускает, чтобы я была сверху. По-моему, с точки зрения его развития, как обитателя, это что-то значит. Надо уточнить у Нерины. Она отличный химик.
Бари удивился услышанному. Женщина сверху, это же восхитительно, это же какая радость для глаз!
Перед глазами всплыло воспоминание, как он лежал на кровати, руками придерживая за талию сидящую на нем Лилис. При этом ее ноги крепко обнимали его за шею во время движения. Она двигалась, напрягая мышцы живота, и при этом под их давлением он чувствовал, как уже становится у нее внутри. И он сходил с ума от этого.
Между всеми Избранными было равенство, во всяком случае, юридически. Но Бари знал, что были планеты, где женские особи господствовали над мужскими, а были, где женщины были в полном подчинении у мужчин, и там не допускалось никакого доминирования женщин, даже такого приятного, о чем рассказала Лилис.
"Откуда в НЁМ это? - размышлял Бари после ухода генетика. - Она сказала, что Сат проводит с ним много времени. Может, оттуда ветер дует, и это его рук дело?”
Немного озадаченный Главный конструктор поспешил к БуБу попросить его помощи в строительстве жилья для Герра и Лилис.
"Так обитатель будет всегда под наблюдением", - убеждал себя Бари-руководитель проекта, стараясь не думать, что ему, Бари-простому Избранному, ужасно неприятно осознавать, что, если Лилис станет женой Герра, он потеряет ее навсегда.
16
Дом получился достаточно большим и светлым за счет открытых потолочных балок и высоких потолков. Повсеместное использование светлой керамики, открытые галереи с колоннами и внутренний дворик делали его словно воздушным. Лестничный холл на входе был соединен с несколькими коридорами, позволяющими очень быстро перейти в любую зону дома. На втором этаже находилось несколько спален и ванные комнаты. Просторная гостиная соединялась со столовой и находилась рядом с мощеной площадкой с прогулочной анфиладой и фонтаном. Стеклянные перегородки разделяли два внутренних пространства, заодно приятно отражая лучи солнечного света.