Выбрать главу

- Тогда почему он так много времени проводит с Бари? - на Лилис смотрели глаза, полные слез.

- Возможно, у них много общего. Познание, "троечные бега" и Бари высоко ценит Герра, и всё время его хвалит, вызывая тем самым к себе доверие. Потом, твой муж абсолютно уверен, что ты всегда будешь рядом, тогда как Бари исчезнет из его жизни рано или поздно, и он хочет получить как можно больше знаний. Герр желает быть равным Избранным, и он всячески хочет доказать Бари, что это так и есть на самом деле.

— Это правда, - вздохнув, согласилась Дона.

- Но правда еще в том, и ты это знаешь, - заговорщически произнёс Сат, - Герр хочет быть выше Избранных.

Дона вся напряглась, ее бросило в пот, и она почувствовала, как сердце бешено заколотилось в груди.

- Не волнуйся. Мы здесь именно для того, чтобы помочь вам! – заключил Сат.

Его глубокий, бархатный баритон услаждал слух Доны. Он словно сладкий дурман кружил ей голову, затуманивая сознание. Каждая клеточка ее тела чувствовала, как наполняется теплой, живительной энергией и неописуемым счастьем и спокойствием.

Лилис подошла к дереву в кадке, сняла с него одну из колбочек в виде яблока и протянула ее Доне.

— Это зерна для создания энергетического напитка. Уже через десять минут после его приема появится бодрость, прилив сил и хорошее настроение. Будет казаться, что тебе все под силу и ты можешь свернуть горы. Попробуй! И если я права, то вы сможете сами выращивать это дерево у себя в саду.

Дона недоверчиво и даже с опаской смотрела на Лилис, и не спешила взять "яблоко" из ее рук.

Тогда глава лаборатории "Вирусологии и генетики", видя неуверенность жены Гера, пошла на лабораторную кухню, приглашая присоединиться к ней женщину. И через мгновение умопомрачительный аромат, исходящий из открытой колбы, стал заползать в нос Доны.

Лилис сварила напиток, разлила его по небольшим кружкам и одну протянула Доне. Женщина с недоверчивым видом отрицательно покачала головой. Лилис хмыкнула и отпила немного из своей кружки.

- Ты думаешь, она хочет тебя отравить? Для всего должна быть причина. Ответь себе, зачем это Лилис? – Спросил у Доны входящий на кухню Сат.

У Доны были смешанные чувства. С одной стороны, она понимала, что Сат относится к ней лучше, чем Бари, который словно не замечает ее, когда она рядом с мужем и одновременно пожирает ее похотливым взглядом, когда она встречает ее одну. С другой стороны, Сат прав, говоря, что у всего должна быть причина. Какая же причина помощи Сата и Лилис? В открытую спросить? А почему бы и нет?!

Услышав вопрос Доны, Сат, не ожидавший такой прямоты, на мгновение смутился, но быстро ответил:

- Великий Родник Вселенной пожелал возвысить новых обитателей над Избранными. Мнение лаборантов по этому поводу разделилось. Я и Лилис на стороне Рода, а Бари против. Именно поэтому мы идем наперекор Главному Конструктору. И фактически это мятеж. Теперь ты знаешь правду.

Дона стояла, словно пораженная громом. От такого поворота событий она не могла вымолвить ни слова, ей казалось, что слова застряли у нее в горле. Она кашлянула, прочистив горло, взяла кружку с напитком и быстро выпила.

Легкая улыбка коснулась узких губ Сата.

… Дона стала приходить в лабораторию каждый день. И каждый раз она возвращалась домой с новыми знаниями. Лилис научила ее делать средства, улучшающие внешность, которые придали свежесть и красоту лицу и телу. Также Дона изучила искусство оформления лица с помощью минеральных пигментов и красок. С помощью них она могла изменять внешность и выглядеть совершенно иначе. И еще … масла. О! Это было особое чудо! Лилис показала, как «поймать и запереть запах растения во флаконе». Именно так она описала процесс изготовления масел. Аромат масел было не описать словами, его можно было только ощутить и бесконечно обожать. Но большим чудом было то, как эти масла влияют на обитателей. Когда Дона использовала их, Герр терял голову от любви и желания. Неудержимая, необузданная страсть охватывала его, превращая в выносливого жеребца. Он отдавался полностью всепоглощающему чувству и мог заниматься совокуплением часами. Дона кричала от наслаждения, и Герр чувствовал себя героем-триумфатором.