Ниппонский феодал, к которому пришли старейшины ёкаев, мыслил схожим образом. Он лишь спросил: «Откуда вы?» И услышав в ответ: «Издалека», удовлетворённо кивнул. Его мало интересовали земли за пределами долины. А вот две сотни переселенцев, из которых не меньше половины были отменными воинами, очень даже.
Первое время после Исхода ёкаи жили скученно, в одной большой деревне. Но так как людям было неуютно находиться рядом с существами, которые через пятьдесят лет выглядели так же, как и вчера, постепенно они расселились. Многие пошли на службу к феодалам в крупные города — уникальные для этого мира способности весьма ценились в постоянной грызне землевладельцев.
Через пару столетий пришлые растворились в многомиллионном местном населении, предпочитая жить отдельно друг от друга, чтобы в случае очередной Катастрофы иметь возможность спасти хоть какую-то часть своего наследия. Лишь старейшины раз в четверть века встречались друг с другом, каждый раз в новом месте, обмениваясь знаниями и пополняя летописи народа.
Кикути Ринко родилась уже в Эдо, в начале XVIII века. Буквально за двадцать лет до событий, которые заставили ёкаев, как и большинство ниппонцев, искать новое место для жизни. Из-за войны — континентальная империя Хань вторглась на острова, мстя за прошлые поражения.
Так, Ринко оказалась в холодной стране, называемой в этом мире Российской империей. Она была поражена её масштабами и величием. Территорию государства невозможно было даже представить — казалось, что она простирается до самого края земли.
Путешествие от окраин на тихоокеанском побережье до столицы державы заняло у молодой лисы время одной человеческой жизни. За это время она увидела множество удивительных мест, встретила разных людей и пережила немало приключений. Эти испытания закалили её характер и сделали более мудрой и опытной.
Прибыв во Владимир, Ринко уже не была той наивной девушкой, которая отправилась в путь. Она стала сильнее и увереннее в себе. Теперь она была готова к новым приключениям и испытаниям, которые ждали её в этом огромном и загадочном мире.
Поиск своего пути во Владимире оказался непростой задачей для Ринко. В Ниппоне предки молодой лисы в основном служили феодалам, продавая свои уникальные навыки в обмен на защиту и деньги. Здесь же всё было не так однозначно.
Девушка начала изучать местные обычаи и традиции, пытаясь понять, как устроена жизнь в столице Российской империи. Она старалась узнать больше о людях, которые жили здесь, и о том, какие навыки и умения ценились в этом обществе.
Довольно быстро она поняла, что не может просто прийти к первому встречному аристократу и предложить свои услуги — здесь даже принципы служения отличались от ей привычных.
Однако позже осознала, что различия между двумя странами не так велики, как казалось на первый взгляд. В сущности, всё сводилось к одному: все дворяне служили царю. На островах тоже был свой император, который в разные века носил разные титулы, но при любом из них феодалы сохраняли свою относительную (чаще — почти полную) независимость и свободу действий.
А вот у северян ни о какой клановой грызне говорить не приходилось. То есть, конечно же, здешние аристо боролись и даже воевали друг с другом. За земли, ресурсы, влияние и даже женскую благосклонность — вот уж чего в Ниппоне Ринко никогда не встречала. Но лишь до тех пор пока могущественный правитель этих заснеженных земель не обращал на них свой тяжёлый взгляд.
Естественно, что после осознания этого, выбор, кому служить, сразу же стал для Кикути Ринко очевидным. Правда, беженка из Ниппона не могла просто попросить аудиенции у царя и там предложить свою верность.
Ей пришлось начинать с низов. Безликим, но очень талантливым винтиком в огромном и сложном механизме государственной машины. Как и её предки, юная лиса выбрала тот род деятельности, в котором была действительно хороша — шпионаж и убийства. И на этой ниве преуспела.
Правда, постоянно приходилось скрывать своё истинное лицо — дворянство империи в те времена косо поглядывало на смуглую кожу, плоские лица и узкие глаза беженцев из Ниппона. А уж про то, чтобы открыть русским своё настоящее происхождение, и вовсе говорить не приходилось. Оборотней побаивались и на островах.
Шли годы. Ринко меняла обличья, нося маску одного человека не более тридцати лет, но даже при этом, старательно внося в неё косметические, соответствующие возрасту изменения. Затем уходила в отставку, рекомендуя прежнему начальству свою молодую, но подающую большие надежды «дочь». С середины восемнадцатого до начала двадцатого века ей даже удалось создать и безупречно залегендировать целую династию.