Андрей Самарин стоял в темном переулке и смотрел на пустую центральную улицу Горецка. Работало лишь несколько фонарей, а окна домов и вовсе были темны: то ли оттого, что там не было людей, то ли они просто боялись зажигать огни, дабы не привлекать лишнего внимания. Сейчас была самая середина комендантского часа, но Андрей все равно слышал, как по закоулкам скребутся темные тени человеческих фигур, пока что не желающих выходить на свет. Пока что.
Парень поправил капюшон своей крутки, надвинув его на глаза так, чтобы неяркий свет фонарей их не раздражал. Покрутил головой, осмотрев улицу в оба конца и, осторожно, медленно, вышел на тротуар. В центре улицы, на мостовой, он был бы слишком заметен, поэтому Андрей быстрым шагом пошел вдоль стен домов, зыркая из-под капюшона по сторонам. Сейчас он мог видеть в темноте намного лучше и, в общем-то, не сомневался, чему был обязан за этот сомнительный подарок. Глаза становились слишком чувствительными к свету, но вот ночью… «Может, — подумал он, — не такая уж плохая идея найти темные очки». Нет, конечно, он собирался идти только по ночам, а днем отсыпаться, но… Никогда не знаешь, что может произойти, а оставаться совершенно беспомощным под ярким дневным светом ему не хотелось. Даже не смотря на его положение и состояние.
Он усмехнулся своей последней мысли и тотчас огляделся, опасаясь, не привлек ли этот смешок ненужного внимания. Нет, улица была пуста. Андрей хрипло вздохнул и снова зашагал по улице, стараясь прошмыгивать освещенные места как можно быстрее. Сейчас он был изгоем, и ему вовсе не улыбалось встречаться с кем бы то ни было. Вообще ни с кем. Возможно, самое лучшее для него было просто убраться из города как можно скорее — ему не нравилось происходящее здесь, но не это было самое главное. Он чувствовал: здесь затаилось что-то, готовящееся вырваться на свободу, готовящееся показать свое скрытое в темноте лицо, которое, как он подозревал, на проверку окажется маской зверя. И он ничего не мог с этим поделать, даже если бы и захотел.
За углом дома впереди послышался какой-то невнятный шум, пауза, а следом треск разбитого стекла. Громко заорала сигнализация, и Андрей вжался в стену, жалея, что не может раствориться на ее поверхности, слиться с ней, как хамелеон. Он инстинктивно огляделся, ожидая, что сейчас, с минуты на минуту из-за ближайшего угла выскочит патрульный УАЗик, но улица была все так же пуста и безмолвна — в полу-квартале от него какая-то сгорбленная темная фигура перебежала улицу и исчезла в подъезде дома: Андрею показалось, что человек что-то алчно прижимал к груди.
Послышались голоса, следом пьяный смех. Андрей медленно, не спеша, пошел в сторону звуков. Он добрался до угла и осторожно выглянул из-за него. Слава Богу, фонари не горели, только светофоры мигали желтым болезненным светом.
Все было ясно с первого взгляда. Двое мужчин грузили автомобиль чем-то, что им подавал (или подавали) через разбитую витрину магазина. Мародеры быстро кидали картонные коробки в багажник и на заднее сиденье большого джипа, торопясь закончить грабеж как можно быстрее, до прибытия полицейских или — что хуже — военных патрулей. Андрей сощурил глаза, пытаясь разобрать, что они грузят, но было слишком темно, даже для него. Где-то вдалеке послышался звук автомобиля, грузившие коробки замерли, прислушиваясь. Звук приближался.
— Витек, все, завязывай! — крикнул один из грабителей и, не дожидаясь ответа, подбежал к двери со стороны водителя, уселся за руль. Почти тотчас взревел мощный дизельный движок. Из витрины магазина показался еще один мужчина, тащивший две коробки одну на другой.
— Да брось ты их, нам и так хватит! — крикнул водитель и нетерпеливо газанул.
— Ах тыж б…дь такая, — в сердцах бросил мужик и коробки полетели в сторону.
Мужчина подбежал к джипу и быстренько забрался на заднее сиденье. Машина рванула с места, дверь он уже захлопывал на ходу. Визжа шинами, джип исчез за поворотом, оставив после себя хрипло воющую сирену и запах сожженной резины.
Андрей торопливо отступил назад, соображая, что сейчас делать. Звук автомобиля, спугнувшего мародеров, приближался, нарастал. Что с ним будет, если его поймают рядом с ограбленным магазином? И так понятно, к маме не ходи. Надо было убираться отсюда подобру-поздорову, пока была — если еще была! — такая возможность. Самарин уже повернулся, собираясь рвануть по улице обратно, когда сообразил, что звук автомобиля удаляется. Быть может, он проехал по соседней, параллельной этой улице. А может и вовсе это были простые обыватели, которым дела не было до того, чья сигнализация сработала посреди ночи. В течение дня он частенько видел уезжающие машины, набитые всяческим скарбом, так что такая идея вполне имела право на жизнь. Андрей вздохнул, стараясь успокоиться. Надо же, даже не смотря на все то, что он пережил и что сделал, все равно какие-то частички самосохранения у него остались. Впору удивиться.