Так они и стояли в темноте, держа друг друга за плечи, ощущая дрожь тел и боясь даже громко вздохнуть. Максим слышал, как тихо, беззвучно плакала Аня, не отнимая от ушей рук, чувствовал, как ее слезы капают на руку, но не мог утешить ее, поэтому только стоял и тихонько гладил девушку по плечу, успокаивая, как мог.
— Знаете, кого они мне напоминают? — поинтересовался Николай.
Они сидели на кухне, в темноте. Максим и Николай курили сигареты, Аня сжимала в руках чашку чая, обхватив ее так, словно боялась выронить. Того мужчину давно куда-то утащили, они с Николаем только видели фигуру, когда трое волокли несчастного по земле к толпе. Что с ним случилось, они не разглядели, чему Максим был рад. Не хотелось смотреть на человека после того, как он так вопил.
Макс взглянул на Николая и кивнул:
— Знаю. Ты уже говорил.
— О чем вы? — прошептала Аня.
Николай пожал плечами, его лицо было странно неподвижно и напряженно, как будто он изо всех сил боролся с тошнотой. Может, и боролся, подумал Дробышев, глядя в окно на неторопливо бредущих куда-то в сторону центральной площади людей.
— О чем вы говорите, черт побери? — снова спросила Аня.
— Они напоминают мне зомби, — ответил Николай и поправил очки нервным жестом. — Смотрела «Рассвет Мертвецов»? Вот именно на них они и похожи, хотя вроде бы выглядят они вполне живыми, но кто может…
— Чушь, — отрезала Аня, и Николай удивленно посмотрел на нее, услышав в голосе девушки нотки злости. Максим с любопытством обернулся.
— Может и чушь, — согласился Николай. Он снова взглянул вниз, на поток полуодетых людей, идущих ночью по улице, на поток, который уже иссякал. Его лицо в мертвенном свете фонаря выглядело старым и усталым. — Я и не утверждаю, что я прав. Но взгляни на них, Аня. Посмотри.
Он кивнул в сторону мостовой. Одна женщина споткнулась и упала прямо в лужу, разбрызгав грязную воду во все стороны. Остальные равнодушно обходили ее, даже не пытаясь помочь. Они напоминали лунатиков, всем скопом решивших прогуляться ночью по улицам в честь какого-то своего странного праздника. Смотрели прямо перед собой, не глядя на копошившуюся в грязи женщину, как будто ее тут и не было. Но при этом все строго обходили ее вокруг. Наконец, она смогла подняться и, прихрамывая, продолжила свой путь, почти сразу растворившись в ночной темноте. Николай вздохнул и отошел от окна. На кухне повисла гнетущая тишина.
— Этого не может быть, — едва слышно сказала Аня. Она растерянно и вместе с тем умоляюще посмотрела на Максима. — Что здесь происходит? Неужели… неужели они и вправду?..
Она не договорила, в отвращение передернув плечами.
— Нет, это не зомби. Такая вещь как живой мертвец не может существовать в природе. Это бы противоречило всем законам физики и биологии.
— Тогда что? — Аня повернулась к Николаю.
— Откуда я могу знать? — впервые в голосе хозяина квартиры прорезалась раздражение. — Я видел не больше вашего и понятия не имею, что это все значит. Я только высказал даже не догадку, а то, что мне это напомнило, вот и все. Не надо думать, будто я могу дать ответы на все вопросы.
Аня уже открыла рот, чтобы возразить, но тут вмешался Максим.
— Хватит вам, — он отошел от запотевшего окна и уселся на табуретку. Мелькнула мысль о сигарете, хотя он и знал, что если сейчас выкурить еще одну, то бессонница на час обеспечена. Хотя какой тут может быть сон, мрачно подумал он, после только что увиденного? И услышанного?
— Хватит, — повторил он и после короткой паузы добавил: — Нам надо решать, что делать дальше.
Максим видел, что Николай заинтересованно смотрит на него, сложив на груди руки. Вздохнув, парень сказал:
— Наверное, Коля был прав. Надо уходить отсюда. Как угодно и куда угодно, но мне вовсе не улыбается сидеть в доме, вокруг которого ходит толпа полуголых людей, всем своим видом вызывая только одну — и далеко не самую приятную — ассоциацию с живыми мертвецами. А кто знает, не придут ли они следующей ночью еще раз. И еще. И еще.
— Но мы здесь в безопасности, разве нет? — Аня посмотрела на Николая, ища у него поддержки.
Мужчина вздохнул и подошел к ним поближе.
— Анечка… я не хочу тебя пугать, но я не думаю, что теперь где-то в этом городе может быть безопасно. Ты сама все знаешь и соображаешь не хуже нас: что-то произошло, что-то чертовски поганое, и армия всего лишь следствие этого «чего-то». А то, что мы сейчас видели на улице, я с большой долей вероятности могу приписать еще к одному следствию. Называй это как хочешь — болезнь, эпидемия, катастрофа, но факт остается фактом: мы оказались в весьма паршивой ситуации. У нас есть вода, есть еда, мы в относительной безопасности в моей квартире… Но надолго ли?