Глава 93: Последняя нить.
Егор умер в середине августа, когда короткое алтайское лето уже пошло на убыль, а в пронзительно-синем воздухе появилась первая, едва уловимая хрустальная нотка осени. Он умер так же, как жил в последние годы — тихо, незаметно, не причинив никому беспокойства. Просто не проснулся утром в своем маленьком, вросшем в гору домике.
Сердце.
Когда Митя, обеспокоенный тем, что дядя не отвечает на звонки, вскрыл дверь, Егор лежал в своей постели, укрытый простым солдатским одеялом. На лице его застыло выражение глубокого, почти детского покоя, какое бывает у людей, вернувшихся домой после очень долгого, очень трудного пути. На прикроватной тумбочке лежали очки и открытая книга — сборник стихов старого китайского поэта, которого он любил цитировать. «Ветер в соснах затих, но цикады поют. Ночь глубока, но луна продолжает свой путь».