Надежда тоже была самой незаурядной женщиной. Светлые волосы, почти блондинка, голубые глаза. Рост, пожалуй, даже высокий для женщины, фигура близка к идеальной.
Проще говоря, оба хранителя выглядели так же непритязательно, как и сам Степан.
– Я вижу, ты ошеломлен, - сказала Надежда.
– Да, тут есть отчего, - признался Степан.
Ломакина понимающе кивнула.
– Ты не слишком-то поверил тому, что рассказал тебе Виктор Сергеевич, - заметила она.
– Виктор Сергеевич рассказал мне либо слишком много, либо слишком мало.
Снова кивок.
– Да, мне вспоминается день, когда я сама впервые оказалась здесь. Моя реакция была примерно таковой.
– Так кто же вы такие на самом деле? – спросил Степан.
И тут заговорил Виноградов.
– Мы те, кем нас представил Панов. Мы – «Покров», и мы – хранители. И ты можешь стать одним из нас.
Главы 7 - 8
Глава VII
Фраза была произнесена так, словно должна была быть для Степана откровением, но для него она ничего не значила. Он не принадлежал к тем доверчивым людям, которые верят, что к ним придет дядя в одеянии колдуна, и скажет им: «Ты – волшебник, Гарри». В такое поверить может только полный идиот.
– Я вижу, у тебя возникло много вопросов к нам, - сказал Виноградов. – Задавай, мы попытаемся на них ответить. Да ты садись.
Они сели в кресла, друг против друга. И Степан стал спрашивать.
– Кто такой этот Виктор Сергеевич Панов?
– Он руководитель местного филиала «Покрова». Очень влиятельный в определенных кругах человек.
– А вы сами давно работаете на него?
– Вопрос поставлен несколько некорректно, - заметил Виноградов. – Мы работаем не на него, а мы защищаем индиго.
Степан пожал плечами.
– Хорошо, пусть так. Стало быть, эти индиго все еще существуют. Их не всех уничтожили.
– Если бы их всех уничтожили, «Покрова» бы просто не существовало. Часть их удалось спасти, и собрать здесь, в «Покрове».
– А мы нужны, чтобы их охранять?
На этот раз заговорила Надежда.
– Индиго самые беззащитные люди, которых я когда-либо встречала. И, в то же время, они обладают очень могущественной силой. Вот такой вот парадокс. Это трудно объяснить в двух словах, но только за себя они не могут постоять. И вот для этого-то и нужны мы, хранители.
Степан помолчал, недоверчиво глядя на хранителей.
– И все же я не понимаю, каким образом эти индиго могут спасти мир? Оттого, что они другие, что их философия отличается от философии остальных людей…
Надежда отрицательно покачала головой.
– Все не так просто, - сказала она. – Индиго обладают еще и некоторыми паранормальными способностями. Например, они способны исцелять людей одним прикосновением руки. А также влиять на их разум и сознание. Передавать свои собственные образы и чувства в их головы. Например, стоит им пристально посмотреть в глаза человеку некоторое время, и он становится совсем другим. Нет, он не сходит с ума, но его взгляд на окружающий мир меняется кардинально. Он начинает мыслить, как сами индиго. Его психика подвергается изменению. Он сам становится иным. Представляешь, какую реакцию это вызывает у тех, кто состоит в мировой элите?
Степан представлял. А, может, только думал, что представляет, а на самом деле не имеет ни малейшего представления об этом.
– А это хорошо или плохо?
– И то, и другое. Хорошо потому, что после такого «сеанса» человек фактически сам становится индиго. Во всяком случае, перестраивается его мышление и мировоззрение. А плохо потому, что с такими понятиями очень трудно выжить в нашем мире, где общество живет по совсем другим законам. И человек с измененным сознанием становится чуждым этому обществу. Превращается в изгоя.
Это Степан мог себе представить. И мог понять такого человека.
– Не слишком радостная перспектива, - заметил он. – Так что же делать такому «искалеченному» человеку?
– Самый лучший способ для него стать частью «Покрова», - сказала Надежда. – Такие люди тотчас берутся им в разработку, и внедряются в высшие эшелоны власти.
– Что-то ничего подобного я не замечал, - съязвил Степан.
– А ты бывал в этих высших эшелонах? – спросила Надежда. – Знаком с кем-нибудь лично? В курсе того, что там происходит?
– По-моему, для этого вовсе не нужно быть ни с кем знакомым. Достаточно просто видеть, что происходит в мире, чтобы все понять.