– Тогда я вообще ничего не понимаю, - был вынужден признать Степан. – Для чего, в таком случае, «Покров» собрал вас здесь? Для чего держит? Он что, создал здесь нечто зверинца? А вас использует в качестве цирковых клоунов? Или же использует ваши способности для своих собственных нужд и потребностей?
– Руководство «Покрова» надеется изменить соотношение сил, - произнес Андрей.
– Но вы, как я понимаю, не верите в его успех?
– Все в мире решает сила. Она двигатель всего. Не мораль, не добро и зло, которых, в сущности, вообще не существует, поскольку все эти понятия – вещи сугубо относительные. А просто элементарная грубая сила. А «Покров» этой силой не обладает.
– Стало быть, он обречен, - сделал вывод Степан. – И все его старания напрасны.
– Он правильно делает, - сказала на это Изольда. – У него просто нет выбора. Все-таки, выживает тот, кто барахтается. А «Покров» именно барахтается. И мы помогаем ему барахтаться. По сути, мы делаем это вместе с ним, поскольку зависим друг от друга. Спасение каждого из нас зависит от того, выживет ли тот или другой. Вот такой вот замкнутый круг.
Картина рисовалась, мягко говоря, пессимистичной. Боже, куда же это он попал? Внезапно Степан позавидовал обычным людям, не обладающим никакими сверхспособностями, которые не ломают себе голову над тем, куда себя пристроить и где себя применить, поскольку они ничем не отличаются от остальных. А тут, если Бог, природа или кто еще там, наделил его такими свойствами, то это для чего-то нужно? У него какое-то высшее предназначение?
Да нет никакого высшего предназначения. Просто игра природы, насмешка судьбы, называй это как хочешь. У него, Степана, есть то, чего нет у других. У этих индиго тоже есть то, чего нет у остальных. И что с того? Все они просто изгои, уроды и монстры в глазах окружающих. Никуда они не могут себя приткнуть или приспособить, и уж, тем более, не в состоянии сделать этот мир лучше.
– Но что конкретно делает «Покров»? – спросил Степан. – Он собрал вас здесь. Для чего? У меня тоже есть определенные способности, некоторые возможности организма, которых нет у других. Но что с того? Как я могу изменить мир? Да я даже не могу извлечь из этого пользы для самого себя.
– Немного странный подход, - отозвалась Изольда. – Я могу воздействовать на природу, оживлять засохшие деревья и увядшие цветы. Могу загрязненную воду сделать чистой. Способна ли я изменить мир?
– Нет, не думаю, - сказал на это Степан. – Мне вспоминается персонаж романа Стивена Кинга Джон Коффи. Он тоже мог исцелять и людей, и животных. В жизни своей не обидел и мужи. И чем он закончил, казнью на электрическом стуле? Обвинением в том, чего не совершал, и смертным приговором. Он говорил начальнику блока, что слишком устал от жизни. Он устал чувствовать боль и страдания других людей, и не хотел с этим жить. Его дар превратился в проклятье.
– Мы тоже устали от жизни, - сказала Изольда. – Устали от ее несправедливости. Мы такие же, как и Джон Коффи. Но у нас есть перед ним одно преимущество. Мы не одиноки. Нас сотни по всему белому свету. Правда, мы разбросаны по разным его краям, но «Покров» как раз и пытается собрать нас вместе. И мы надеемся на то, что у него это получится. В этом наш шанс.
– Шанс? – воскликнул Степан. – Какой шанс? Шанс на что? Ведь вы сами только что признали, что сила не у вас. Каким образом вы надеетесь изменить соотношение сил, даже если вас всех соберут вместе?
– Вода камень точит, - последовал ответ. – А как вы думаете, почему по всему свету нашлось столько олигархов, согласившихся финансировать «Покров»?
Это был явно вопрос на засыпку. Вопрос с двойным дном. Как там говорила Надежда, стоит только индиго посмотреть в глаза обычному человеку, так все в его душе меняется. Его мировоззрение, взгляды на жизнь, на добро и зло. Степан внезапно содрогнулся. Да ведь этот самый Андрей Храмов только что пристально смотрел в глаза ему самому. Не означает ли это, что он сам только что подвергся такой вот гипнотической обработке, чтобы стать…
Стать кем? Послушным рабом индиго? Верным слугой «Покрова»? Но ведь тогда и все сотрудники, включая Панова должны быть рабами индиго. Ему-то уж точно приходилось смотреть в глаза своим подопечным. Так кто чей раб?
Степан с опасением посмотрел на индиго, и ощутил, как по его телу пробежал холодок.
– Что вы хотите этим сказать? – подозрительно спросил Степан.
– Только то, что и среди сильных мира сего, среди сверхбогачей находятся люди, которых не устраивает существующее положение вещей, - сказала Изольда. – И они хотят перемен.