Болотников выскользнул через заднюю дверь магазина, слился со спешащими к автобусу пассажирами и вскоре автобус отошел от площади.
И вновь медленно потянулось время. Севергин с Рыдлевичем отходили по разу, чтобы покурить в подсобке, а Архипов не сходил с места. И наконец, дождался.
Геодезист вышел от Шорнборна, когда на остановку подошел последний на сегодня автобус к станции Апатиты.
Огладив пятерней пижонскую бородку, Чапыгин нахлобучил на голову капюшон, подхватил рюкзак и юркнул в автобус.
- Сережа! Останешься здесь! Задача та же – Шорнборн! Наблюдать, но в контакт не вступать! Анатолий Денисыч, Вы уж выделите кого-то из своих ему в помощь, мало ли…
- Товарищ капитан, да Вы не беспокойтесь, я и один управлюсь!
Лейтенант Севергин повел мощными борцовскими плечами, но наткнувшись на взгляд Архипова, со вздохом придвинул к себе табурет и сел на пост.
Рыдлевич направился к телефону и вскоре из райотдела прибыл рослый старшина. А так как автобус уже выкатывал с площади, то и Архипов с Рыдлевичем поспешили к своей «эмке».
У станции их встретил лейтенант Болотников:
- Усов купил в кассе два билета до Петрозаводска! Сейчас они встретились с Чапыгиным. Вон, стоят у края платформы и о чем-то беседуют. Думаю, ждут прибытия поезда. Я взял билеты в соседнее с ними купе, так что едем в мягком…
. . .
…Эти события последних дней промелькнули перед глазами Архипова в тот момент, когда он увидел бездыханное тело Усова, лежащее на верхней полке.
Простившись на станции со старшим оперуполномоченным НКВД Рыдлевичем, они сели в поезд, полагая, что до Петрозаводска уж точно ничего не произойдет, и решили отоспаться, сменяя друг друга. И вот перед ними тело убитого Усова, а геодезист же Чапыгин бесследно исчез….
Оставшееся время до прибытия в Петрозаводск Архипов употребил на тщательный осмотр места происшествия, но так ничего интересного и не обнаружил. Единственное, что было ясно совершенно точно, так это то, что геодезист застрелил своего подельника через подушку, сиганул в окно и был таков.
В Петрозаводске Архипов из кабинета начальника райотдела НКВД связался с руководством.
Сиднев был в ярости:
- Их надо было брать сразу еще там, в Кировске! А теперь что?! Оборваны единственные нити, ведущие к Шорнборну! Что прикажешь доложить наверх?!
Дождавшись, когда высокое начальство стравит пар, Архипов еще раз настойчиво изложил ход событий:
- Товарищ комиссар государственной безопасности! Этот Усов у них был просто за провожатого! Он по существу и знать-то не мог что-либо сверх того, что нам и так известно!
- Ну а нам-то что известно, капитан – пшик?!
- То, что Абвер проявляет интерес вовсе не к промышленной зоне Хибин! А к тому, что было обнаружено здесь экспедицией академика Барченко в двадцать втором году! И теперь нам необходимо срочно получить доступ к его отчетам! Именно с этим я связываю убийство ими Усова, и ни с чем иным! Посмотрите на личность убитого – оболтус, более полугода на месте нигде не сидел, работал разнорабочим. Ну, разве мог кто-либо доверить такому свои секреты?! Однако ж его убили? Убили! Значит, все кроется в том, что он только и мог знать – маршруты передвижения Шорнборна и геодезиста.
Молчание в трубке было долгим.
- Что Вы намерены предпринять?
Архипов приободрился.
Когда Сиднев переходил на изысканные формы обращения, это было верным признаком потепления:
- Лейтенанта Болотникова я оставляю в Петрозаводске с засадой на квартире геодезиста. Сам звоню в Кировск и даю поручение блокировать подходы к Шорнборну, и затем выезжаю к ним, думаю сориентироваться на месте.
- Вы думаете, что после всего геодезист объявится в своей квартире?!
- Нет, я думаю, что Чапыгин в Петрозаводске уже не объявится. Но, в любом случае геодезист будет искать встречи с Шорнборном, а тогда-то мы его и прихватим!
- Хорошо! Действуйте…
- Но, товарищ комиссар…
- Что еще?
- Нужен дешифрованный текст радиограммы и материалы экспедиции Барченко! Ведь в них ключ к операции Абвера и нам…
- Запрос отправлен мною на самый верх. Ждите, капитан Архипов! Все, отбой.
. . .