— Был, — подчеркнула я.
— И снова было больно, — кивнул он, театрально хватаясь за сердце.
Потом Гарри вытащил настолку, которую, по его словам, не доставал годами. Мы разложили карты, играли без особого смысла, просто чтобы не думать. В какой-то момент я даже забыла, зачем пришла. Почти.
Но Гарри, как оказалось, не умел держаться в состоянии покоя слишком долго. Он встал, потянулся и бросил вызов:
— Давайте сыграем в нормальную дуэль. Без фальши. Mortal Kombat. Готовы?
Я прищурилась: — Серьёзно? Думаешь, справишься?
— Думаю, в этот раз ты не продержишься больше пяти раундов.
— Это угроза или надежда?
— Это приглашение на поражение, — сказал он и включил приставку.
Луи только хмыкнул и уселся с миской попкорна, как зритель на трибуне.
Мы начали. Первый раунд — за мной. Второй — тоже. К четвёртому Гарри начал бормотать что-то про читерство и смех Мэдисон, который, по его словам, раздражает сильнее любого добивания.
К седьмому раунду он бросил подушку в экран. К десятому — признал, что я, возможно, нечестно тренировалась. К семнадцатому Луи уже плакал от смеха.
— Всё, я сдаюсь, — пробормотал Гарри, лёжа на ковре. — Она не человек.
— Нет, я просто привыкла выигрывать, — сказала я, с ухмылкой.
— Это звучит угрожающе, — заметил Луи. — Особенно зная тебя.
— Вы оба просто не привыкли к тому, что девочка может вас обыграть, — я встала, потянулась, чувствуя себя немного победителем, немного... собой.
Это был всего лишь вечер. Но когда Гарри вышел во двор, зевая, с растрёпанными волосами и без своей привычной маски — именно в этот момент я решила отпустить план. Просто на один вечер. Без анализа, без просчёта. Без внутреннего "что дальше".
Я хотела просто побыть. Посмотреть. Расслабиться.
И, как ни странно, получилось. Меня зацепила его человечность. Его простота. Гарри был не в образе, не в защите, не в роли. Он общался спокойно, шутил, дразнил Луи, спорил со мной — будто я для него была не противником, не угрозой, а... другом. Почти таким же, как Луи.
И это было не менее опасно, чем всё, что я планировала.
Но я позволила себе почувствовать. Хоть на пару часов.
С этого вечера что-то изменилось. Мы начали проводить больше времени втроём. Не каждый день, не постоянно, но достаточно, чтобы окружающие начали задаваться вопросами. Луи подтрунивал над нами обоими, Гарри почти не строил из себя звезду, а я — позволяла себе быть без роли.
Фейковый аккаунт я не забросила. Мэдисон, как бы она ни старалась быть искренней, всё ещё вела параллельную игру. Общение с Гарри через переписку стало глубже, личнее. Иногда он писал туда вещи, которых не сказал бы вживую. Иногда — даже мне казалось, что я слушаю другого человека.
— У нас игра на следующей неделе, — сказал как-то Луи, перекидывая мяч. — Приходи, будет весело. Поболей за нас.
— За вас — это за кого именно? — я прищурилась.
— За команду. И за Гарри, если решишь.
— Почему именно я должна приходить? — спросила я, глядя на Гарри.
— Потому что ты слишком много выигрываешь и тебе нужно хоть раз увидеть, как это — быть на трибуне, — ответил он с ухмылкой. — Ну и потому что я настаиваю. Мне важно.
Я не сказала «да», но не сказала и «нет». И, конечно, я пошла.
ГЛАВА 15. Линия огня
После того, как Гарри вышел из столовой с дерзкой речью и взглядом, от которого все отводили глаза, школа будто замерла в ожидании: кто следующий?
А я... я не могла перестать думать об этом.
Он был зол. Один. И слишком настоящий.
Я впервые видела, как он стоит не как капитан, не как "тот самый Гарри", а как человек, которому плевать на маски. Он не играл. Не врал. Не прятался.
И это было чертовски опасно. Как в игре, где персонаж внезапно выходит из сценария и делает ход, который даже разработчик не предусматривал. Я не была готова к тому, что он может быть настолько живым
В ту же ночь он снова написал мне — на фейковый аккаунт. Тот самый, где он думал, что говорит с незнакомкой, которая его «понимает».
Гарри: Знаешь, я всё думал... если бы не вы с Луи и Мэдисон, я бы сорвался. Серьёзно.
Гарри: Иногда кажется, что это вообще единственное настоящее.
Гарри: Странно, да? Даже не знаю, кто ты. Но будто ты знаешь, где мне больно.
Я долго не отвечала. Смотрела на экран, как будто это могло остановить собственное сердцебиение.
Я: Не странно. Просто у некоторых людей сердце — не маска. Ты из них.
Гарри: Сомневаюсь. Но спасибо. С тобой... легче.