Луи отвернулся. Выпил. А потом написал мне.
«Иногда хочется просто выключиться. Тебе бывает?»
Я ответила спокойно:
«Это из-за них?»
Он не ответил сразу. Но потом прислал:
«Ты вообще видишь, как она с ним? Как будто ничего не значит»
Я сделала паузу. А потом отправила предположение:
«Ты влюблён в девушку своего лучшего друга? Надо докопаться до правды. Мне нужны инструменты.»
Молчание. Долгое. Почти целая песня в колонках прошла. Я подняла глаза от телефона — и увидела Луи. Он стоял в другом конце комнаты, с бокалом в руке, и смотрел на экран своего телефона с выражением, от которого по коже пробежали мурашки. Его лицо было злым. Он читал моё сообщение.
А потом он взорвался:
«Ты вообще не понимаешь! Я видел, как она целовалась с другим! Не с Гарри! Не в первый раз уже! Но он как слепой!»
Я сидела в углу и смотрела, как трещина превращается в разлом. А Луи — в осколок.
Я понаблюдала за этим цирком ещё пару минут и поняла, что мне нужно выйти подышать. Возможно, последний стакан был лишним. Надо остановиться.
Во дворе стояло старое дерево, в углу, где свет почти не доставал. От лампы у веранды тянулся слабый отсвет, который лишь подчеркивал силуэт. Я пошла туда, опустилась на прохладную скамью и уткнулась в телефон. Пролистывала гейм-новости, ловила дыхание.
Спустя пару минут к дереву подошла чья-то фигура. Он сел рядом. Я замерла. Темнота скрывала лица, но стоило ему заговорить, и я узнала голос сразу. Гарри.
Он был пьян, голос у него был хриплый и тише, чем обычно.
— Смешно, да? — усмехнулся он. — Я сижу здесь и рассказываю всё это незнакомке...
Он говорил без агрессии. Усталость. Пустота. Говорил о том, как чувствует себя лишним. Как иногда хочется исчезнуть. Как он устал от ожиданий, взглядов, от роли, которую приходится играть каждый день. Как никто не слушает, кроме какой-то странной девчонки в переписке, с которой он теперь говорит чаще, чем с кем-либо.
Я слушала молча. Он всё ещё не знал, что эта девчонка — я.
Он продолжал:
— Все думают, что у меня идеальная жизнь. Популярность, команда, Джейн... — он запнулся. — Но если честно, я часто чувствую себя самозванцем. Как будто если кто-то вдруг приглядится, всё поймёт. Я не тот, кем кажусь. Я просто делаю то, что от меня ждут. Футбол? Я его ненавижу. Это не моё. Я играю только потому, что так хочет мой отец. Он всё время говорил, что если я не стану капитаном, не стану первым — я никто. И вот я здесь. На вершине. В команде. Но не на своём месте.
Я смотрела в темноту, не дыша.
— Я даже друзьям не доверяю до конца, — продолжил он, — у них всегда всё поверхностно. Смеются, играют, тусуются. А я... я будто один среди всех. Джейн — единственная, кто рядом по-настоящему. Или, по крайней мере, я в это верю.
Он тихо усмехнулся:
— И вот я всё это рассказываю незнакомке под деревом. Смешно, да?
— Знаешь, — добавил он после паузы, — я даже не понимаю, почему мне так легко. С тобой... и с той девчонкой в сети. Я ведь с ней говорю почти так же. Видимо, у меня фетиш на незнакомок в темноте.
Я едва не рассмеялась, но удержалась.
— Ну, по крайней мере ты последователен, — пробормотала я с лёгкой усмешкой.
Он не уловил иронии, просто кивнул.
— И с ней... — он замолчал, — с ней тоже. Даже когда я говорю ей всё это... всё равно чувствую себя одиноким. Как будто даже с ней я играю роль, только не знаю какую. Наверное, я не умею быть собой. Ни с кем.
Я не ответила. Просто кивнула в темноте, зная, что он этого не увидит. Потому что если бы он знал, кто я... он бы точно замолчал.
Где-то из дома донёсся голос:
— Гарри! Эй, ты где? Иди сюда, тут тебя Джейн зовёт!
Он вздрогнул и с неохотой встал со скамьи.
— Ну вот, сказка закончилась, — усмехнулся он и, не оглянувшись, пошёл в сторону освещённой веранды.
Позже, в туалете на втором этаже, я просто хотела освежиться. Зеркала, приглушённый свет, холодная вода на запястьях. Но стоило выйти из кабинки, как я замерла.
У двери стояли две подруги Джейн. Они не заметили меня — или думали, что никого нет.
— Она сказала, что завтра днём увидится с ним, — прошептала одна.
— Темноволосый? Тот, что с тачкой? — уточнила вторая.
— Ага. Встретятся в торговом центре на Ривер-стрит, прямо в фуд-корте. В три часа. Типа «случайная прогулка», чтобы никто не заподозрил.
Я больше ничего не слышала. Потому что у меня уже был план. Я посмотрела на себя в зеркале. Всё та же тихая тень.