- Иногда простой случай решает за нас.
Сказал и в очередной раз всплыло прошлое.
- Хто такий? - сипло спросил, останавливая коня у креста на перекрестке, где молился, спрашивая совета, человек.
Выглядел всадник достаточно странно. Длинные усы и бритая голова, на которой сохранился чуб. Одежда вся в заплатках, а сапоги новенькие и конь добрый. Рукоять у сабли с серебряными накладками, да два пистоля за поясом.
- Теперь никто, - поднимаясь с колен. - Ни боярина, ни семьи.
Подъехали еще двое, помоложе. Тоже одеты в какое-то тряпье, но смотрят дерзко и при оружии.
- А шо так? - спросил старший.
- Ярославцы пришли, сказали с ворогами государства нашего хозяин снюхался. Всех порубали. Ну, ладно, боярин пусть и захудалого рода, но не ту сторону держал. Деревню зачем зорить?
- А ты шо?
- А я четверых кончил и ушел.
Никто из конных и не подумал усомниться в словах. Видок у человека тот еще. Весь в кровище и в руках сабля, а за поясом топор с прилипшими волосами и мозгами. И конь совсем не крестьянский под седлом рядом привязан.
- Вот, жду знака, - показал на покосившийся крест. - Куды идтить.
- Так мы и есть твой знак, - засмеялся молодой. - Рази нет?
- А вы кто?
- Лисовчики! - гордо ответил.
- Черкасы мы, с окрайны. Но за обиду можем и помочь расквитаться.
- Ушли уже, ищи ветра в поле.
Да и не хотелось дорогу показывать. Если кто уцелел на него покажут не так, как сказано. Объясняться крайне не хотелось, как и погибать от рук своих соседей.
- Но если вы знак свыше, можно с вами?
- На смоленщину идем, а затем на Сечь.
- Мне все равно куда. Дозволяете?
- Езжай, - помолчав, сказал старший. - Поглядим, шо за человече.
- Я все хорошо обдумаю, - заверил папашу, отталкивая неуместные воспоминания.
А потом мы выпили за царство небесное для старика, причем у папаши явно не повернулся язык брякнуть про рай. Ему там точно не место. Адвокаты и банкиры честными не бывают. Еще выпили за мое будущее и за удачу. Потом еще за что-то, уже не важно. Наверх я родича почти нес, поскольку он идти был неспособен, как и членораздельно говорить.
Дверь в спальню отворил пинком и бесцеремонно свалил на кровать папашу. Сразу развернулся и направился на выход. Викки еще не спала и читала книжку. В первый раз увидел ее в очках. Впрочем, она их моментально сдернула и вскочила, зашипев не хуже кобры, хватая за руку.
- Что ты творишь?! Зачем накачал Дика?
- Он прекрасно справился сам и так проще беседовать после длинной разлуки с битьем посуды.
В ночнушке вид Викки имела соблазнительный и я не удержался, хватая за аппетитный зад.
- Прекрати! - на этот раз она вовсе не шуточно ударила по руке.
Я схватил ее и не обращая внимания на попытки вырваться вытащил наружу из комнаты. Может быть и пьян, но не до такой степени, чтоб рисковать, что папаша проснется. Прижал к стене, задирая подол.
- Нет! - всхлипнула Викки.
- Да! - заявляю. - Часть вторая, одна девица на двух друзей. Или ты хочешь, его участия? Тогда покричи, вдруг услышит.
Глава 4.
Информация.
Похороны были скучными и долгими. Народу понаехало тьма. И все со скорбными лицами. Бесконечные речи неизвестных мне людей, рассказывающих каким замечательным во всех отношениях был старик. Наверняка половина из них его при жизни бессильно ненавидела, а вторая с удовольствием зарезала б в темном переулке. Просидевший в руководстве банка добрых пятьдесят лет никак не мог оказаться добреньким дедушкой. Такой не удержится. Съедят. Значит годами издевался над людьми и отдавил огромное количество мозолей у посторонних. Ко всему, не сомневаюсь, управляла семейная коалиция и на этой почве делал карьеру, обходя более достойных, что любви не добавляет.
Уже над засыпанной могилой повторили чуть не с самого начала. Многие присутствующие тяжко вздыхали и беседовали на посторонние темы, но в основном в задних рядах. И когда закончилось все дружно потянулись в последний раз выразить соболезнования нашей группе. Стоял я, естественно не в одиночку. Кроме папаши и Викки, которой (очень шел траур (светлые волосы и синие глаза на черном фоне) прибыли обе сестры с мужьями и их дети. Хорошо предусмотрителен и предварительно изучил фотографии.
К счастью, перепутать тетю Джой с тетей Салли невозможно, не смотря на заметное сходство. Одна толстуха, другая худая. Джой разнесло после вторых родов. Что-то там с обменом веществ и гормонами. В интернете подробности не выяснить. А прежде она блистала в высшем свете, в отличии от скромной сестры. С их детьми еще проще. Как по заказу у одной мужского пола парочка, у второй одна дочь, страшненькая. То есть никакого явного уродства, но вот любой сразу скажет - некрасивая. Увы, далеко не все девушки и женщины блистают. Скорее таких меньшая доля в общем числе. Фигурка притом хорошая, с правильными выпуклостями.