- Раз хотят, - бодро заявляю, - значит пообщаемся. А кто конкретно?
- А ты ведь убивал, - сказал второй, прищурившись. - Видел я таких взгляды.
- А ты фантазер, - хмыкаю. - Меня лично напрягает твоя готовность стрелять в невинного человека. Точно адекватен? - спрашиваю у первого.
Интересно, насколько далеко готовы зайти, да чем ближе, тем удобнее работать ножами.
- Оба заткнулись, - потребовал тот. - Сядь, - это мне, - скоро придут.
Очередной проводник появился минут через десять общего молчания. Мне обсуждать нечего, а эти явно изучали внимательно устав и с подозрительным типом беседовать не собирались.
Наверх, уже знакомой дорогой, я двигался в сопровождении очередного по-военному подтянутого и с короткой стрижкой типа лет под тридцать, с взглядом обученного телохранителя. Кто хоть раз видел профессионала, не ошибется. Он сканирует окрестности, а не смотрит. Сначала дальние, потом ближние, отмечая малейшую угрозу еще до ее появления. Длинная куртка, оттопыренные карманы, суетливость и прочее даже у случайных прохожих.
Кабинет оказался тот же, а вот человек внутри другой. Эдакий серьезный дядечка с плаката 'Ты нужен дяде Сэму'. Правда усов и бороды нет, как на старых агитках, зато прямо на рубашке, он тоже снял пиджак, невидимые погоны. Судя по возрасту не ниже полковника. Все-таки РУМО, а не ЦРУ. Тамошние деятели больше на чиновников похожи, которыми и являются.
- Меня зовут Патрик Дабровски, - сказал, отпустив жестом сопровождающего и дождавшись, пока сяду на стул.
- Из армии уже ушел и не имею никакого желания возвращаться, - кидаю пробный шар.
- К этому мы еще вернемся.
- А теперь станете пугать? Государственная тайна и отправим на Гуантанамо...
- Если понадобится - можем, - небрежно согласился Патрик. - С мешком на голове. Но прежде чем приступим к этой стадии, давай побеседуем, как нормальные люди. Ты честно ответишь на мои вопросы. Я на твои.
Молча киваю. Кидать остроумные реплики как-то не тянет. От этого разговора зависит слишком многое. Нет, если не примутся сходу убивать есть приличные шансы уйти и даже вернуться, устроив местный Армагеддон, но какой в том смысл? Одному мне удержать такую вещь не удастся и не одни здешние в курсе происходящего. Значит придется воевать без малейшего положительного решения. К тому же меня много раз убивали и почти никогда не мстил. Все ж, чаще всего, причины серьезные. А в данном случае даже не ревность с алчностью, а важнейшая государственная тайна. За подобную могут ложить покойников штабелями, в полной уверенности в своей правоте.
- Как тебе понравился тот мир?
- Совсем не понравился, - честно отвечаю. - Дело даже не в моих республиканских взглядах. Такое ощущение, что мир сошел с ума. Черные жизни важнее и попробуй заикнуться, что все жизни одинаково важны - затравят. Белые мужчины все подряд враги и расисты, трансгендеры назначаются в министры, потому что нужно разнообразие, а не умение работать. СМИ затыкают рты всем инакомыслящим и за пост в фейсбуке выгоняют с работы. Свободу слова фактически отменили и поддерживают на уровне сенаторов натуральных погромщиков и бандитов. Полицию сокращают и запрещают ей действовать.
Он молчал и внимательно слушал. Ну, что ж. Могу продолжить, если так хочет.
- В программе партии и президента забота не о собственном народе, а мире вообще. Защита нелегалов приоритетная задача, а своим гражданам повышение налогов для дотаций диких идей краткосрочного перехода на другую энергетику. И это нарыл за пять-шесть часов. Если вдумчиво посидеть и изучить, наверняка, много больше вылезет далеко не полезного стране. Нет, трудно не заметить общих тенденций, но там, очень похоже, перестали стесняться полностью, пропихивая свои идеи. Кто не с нами - тот против и должен быть уничтожен. Забанить миллионы пользователей из-за неких призывов? А заявления другой стороны о прямом уничтожении США почему остаются безнаказанными? Давайте грохнем сайты Китая, Ирана, России, Венесуэлы и далее по списку... Почему-то этого не происходит. Сами себя делаем посмешищем. Теперь любой дурак станет тыкать пальцем в случившееся и совершенно правильно рассуждать, что нечего его учить демократии. Сами ничуть не лучше.
- Значит это не желание эпатировать студентов, а убеждения, - удовлетворенно говорит, откидываясь на спинку кресла.
Можно сделать сразу два любопытных вывода. Во-первых, за прошедший срок (меньше суток) они вывернули меня наизнанку, найдя не только Линду. Та вряд ли б стала делиться такими вещами. Очень серьезные люди. Во-вторых, правильно себя повел. Человек с либеральными взглядами в этой конторе оказался б неуместен. Да, я не любитель новых веяний, слишком старый и перестроиться сложно. Тем не менее, если б понадобилось, спел бы обратное. Но уж слишком много намеков на то, чем здешние занимаются.