Кто первый раз садился за руль, безусловно помнит мокрую спину после окончания поездки. Весь путь мучительно вспоминаешь: включить поворотник, сцепление, переключение на очередную скорость, понятно, кто не на автомате ездит. Через несколько поездок все это делается машинально, вы катите куда надо, не вспоминая о мелочах и делая их машинально. Так и с вертолетом. Главное опыт и умением придет.
- Наш секретчик балдеет, - сказал кто-то со смешком в наушниках на русском.
Здешние сознательно общались на этом языке постоянно и даже персонал в инструкторы и диспетчерской подбирался умеющий говорить без словаря и мычания. Только они не в курсе про мое знание. Как всегда в разведке, левая рука не ведает про действия правой. Так что это было не для моих ушей и реагировать не требовалось. Зачем такие сложности и надо ли было заморачиваться, когда проще по обычным документам дома учиться, вопросов не задавал. Как и откуда взялся самый настоящий паспорт гражданина США с моей фотографией на имя Ричарда Дана. Имя оставили прежнее, что позволяло не путаться.
Набежало уже много странностей, невольно заставляющих верить в единственное возможное объяснение. Я помалкивал. Сами не станут поднимать вопрос, я тоже заострять не буду.
Сбросил шаг винта, аккуратно повернулся против ветра и пошел вниз на авторотации, как положено по плану полета. Почти без толчка опустился, поставив мысленно себе отметку 'отлично' и выключил двигатель. Тишина изумительная. Как бы мягко не урчал, а даже шлем через пол часа не помогает. И чего раньше боялся? Всю жизнь рискую, хотя мог бы сидеть в медвежьем углу и картошку выращивать триста лет. Одним вариантом опасности больше или меньше - плевать. Я натуральный адреналиновый наркоман и идет это от чистой психологии, а не физиологии. Себе то нет смысла врать.
Наверное, морда была счастливая, потому что подбежавший инструктор показал большой палец.
- Поздравляю! - сказал летчик через пару минут, когда спрыгнул на твердую землю. - Теперь час со мной и полтора самостоятельно, устраняя указанные ошибки. Не сегодня, - фыркнул от смеха при виде вытянувшейся физиономии. - Но налет должен быть не меньше 85 часов, плюс полеты по приборам и ночные. Лицензия по полной программе. Но сегодня выпьем за 'крещение', - это он сказал по-русски и тут же поправился на английском, - за первый настоящий полет!
Короче, без легкого праздника не обошлось. Даже Том с вечно молчащим напарником, привозившие меня сюда, поучаствовали. Ну, не до нормального уровня, когда кому-то бьют морду, предварительно сбегав за добавкой. Просто пару бутылок хорошего виски на десяток человек. Наверняка после нашего отъезда гулянка продолжалась. Увы, сие от меня нисколько не зависело, хотя и изображал на публике большого начальника, а остальные прислугу.
Мне впихивали массу сведений от советской кухни, которую предстояло полюбить, до множества других сведений. Тамошние анекдоты, как проехать до дома и на работу, как расплачиваться в магазинах и на заправках и еще масса бытовых мелочей, для местного жителя само собой разумеющихся. Мало знать язык, спалится можно при обычном общении с дорожным полицейским, если не в курсе как к нему обращаться и правильно себя вести. Все это даже разыгрывали в лицах, в промежутках между полетами, боксом, уроками языка, всевозможными тестами и прочими обязательными занятиями. Даже по выходным подъем в 6.00 и пробежка на пять миль. Потом подтягивания, отжимания, приседания, работа на брусьях, опять отжимания, но уже с весом на спине и на закуску, с трясущимися руками на стрелковую позицию. Причем каждый раз нечто новое. Пистолеты, карабины, автоматы, пулеметы, даже ракетные установки. Попадать в цель я умел, но здесь подсовывали иностранные образцы и далеко не все знакомо.
На сон оставалось совсем не много, да и нагрузка огромная. Жестко? Но ведь не силой тянули. Сам решил поиграть и нужно принимать правила. К тому же я давно знаю и руководствуюсь простым правилом: все могло быть гораздо хуже. Не выспался? Могли не позволить прилечь совсем. Устал? Но ведь не в каменоломне с кандалами трудился. Замерз? А мог бы отморозить пальцы до гангрены. Ранили? А ведь могли убить. Живи и радуйся имеющемуся.
Ничуть не удивился, когда был деликатно разбужен уже во дворе перед учебным корпусом. Усталость и выпивка дали понятный итог и задремал почти сразу. Теперь оставалось лишь потянуться до хруста костей и бодро отправиться на очередное занятие в кабинет. График положено соблюдать. Причем наказывали не нотациями, а денежными штрафами за нерадение. Вычетами из месячной зарплаты. Не ужасно, однако достаточно неприятно для нормального человека. Здешние явно были не в курсе подробностей моего финансового состояния и не видел смысла просвещать. Раз начальство не сообщило, значит так и надо. Они и знают меня как Питера и никак иначе.