Очень мне нравился встроенный в стену кухонный комбайн-синтезатор. Удобная все же штука: обновляемые программы блюд, встроенный холодильник сам следит за запасом продуктов и рассчитывает, что и сколько нужно заказать на складе. Только вот есть ничего нельзя — несъедобно.
Хотя, может быть плохо искал. Сразу решил поэкспериментировать и попробовать пару новых блюд. В синтезаторе раскрылась информационная панель с меню и фотографиями. Ткнув наугад в парочку, что понравились мне эстетически, стал ждать, когда приготовится. Названия мне ни о чём не говорили. Когда на поднос мягко выдвинулись тарелки, пожалел, что вместе с изображением меню не передаёт запаха. Одно из блюд сразу отправилось в проем встроенного в синтезатор утилизатора. Оно источало аромат какой-то резкой химии или приправ. Другое оказалось вполне съедобным: овощи и ровные кубики рыбного филе под привычно красным кисло-сладким соусом (кетчупом). Мм… Даже вкусно, решил я. Надо запомнить. Звоночек.
— А что у нас можно выпить? И опять, облом-с.
За две недели в космосе мой организм, а главное — мозг, с трудом, но почти полностью перестроился под лунный ритм жизни. Непривычный образ жизни уже не создавал особых неудобств. Я стал меньше мучиться по ночам от «поскуливания» моего брата, когда тот трудился над перестройкой своего запущенного, в смысле больного и нечастного, носителя. Отголоски проходящего в фоновом режиме обучающего процесса по освоению очередной базы знаний стали привычными, как похрапывание спящей рядом жены.
— «Эх, любовь-тоска …,» — тоскливо прошептал я, вспомнив свои любовные переживания. Кстати, в молодом теле стал настойчиво напоминать о себе спермотоксикоз.
Я уже стал смотреть на окружающую меня картину мира станции, не как на фантастический фильм по мотивам EVE, не сквозь многомерные очки виртуальной реальности, а массивная дверь Банка, стала гостевым входом в другой реальный мир.
Раздающиеся в голове мягкие сигнальные звоночки о тех или иных своих плановых работах или событиях на станции уже не заставляли меня встряхиваться с готовностью к немедленному аварийному выходу, а необычные ощущения от подключения к датчикам станции или дроидов не изумляли своей новизной и невероятными возможностями. Вся эта сказка стала быстро восприниматься как особенности быта, а накладки и сбои в текущих делах стали раздражать, словно зуд в неприличном месте, от которого хочется как можно быстрее избавиться.
Мое сознание быстро училось жить в симбиозе с Банком и восхищаться его фантастическими возможностями, хотя иногда случались моменты, когда мозг бастовал, и менять привычный ритм отказывался. Особенно трудно перестраивались дух и воля. Юношеская составляющая тела донора оказалась очень сильна. Часто напоминания Банка о необходимости сделать что-то неприятное и сложное, сталкивались с баррикадами лени и странных рефлексов. Борьба шла с переменным успехом. В то время как тело было загружено разнообразной рутинной работой, голова изобретательно придумывала «отмазки», как бы в параллельном слое сознания. А Банк, тем временем, как дружелюбный надзиратель-надсмотрщик, в фоновом режиме следил за тем, что происходит вокруг меня, укреплял физическое состояние организма и по мере необходимости подтягивал актуальную информацию из памяти, изученных баз знаний и остатков информационного фонда Станции. Ну и ненавязчиво воспитывал мою сложносоставную личность.
Именно в таком режиме сосуществования с БНС жили все люди в мире древней цивилизации и даже не представляли себе, как можно жить по-другому. Взрослый человек без установленной в мозг бионейросети воспринимался обществом как «дикий» опасный урод, который запросто может наброситься на окружающих и покусать. В таком отношении к «диким» не было ничего странного, и я теперь целиком разделял это мнение, хотя сам недавно был таким же дикарем.
Как говорил Карл Маркс, бытие определяет сознание, а мое бытие и сознание за последнее время кардинально изменились, не без участия третьего элемента (БНК).
Глава 3. Спасение утопающих, дело рук … спасающих
Найди цель, а средства найдутся сами.
*Солнечная система. Спутник Земли Луна. Станция Сеятелей.
*04 августа 2017 года. 07:00 утра (16-й день).
Теперь я хоть знал, что «важное и срочное» мне надо начинать делать. В первую очередь следовало срочно найти «инженерный скаф», гравиоплатформу и дроидов. Банк посоветовал искать необходимое оборудование на открытых складах. Там накапливались контейнеры из обязательной поставки и неисправное оборудование.