Но он не договорил. Оболочка, вдруг, лопнула и с треском провалилась вниз. Потоки ядовитой жидкости, изрыгаемые желтыми облаками, хлынули внутрь корабля. Фонарь выпал из рук, и Виктор отпрыгнул назад. Сзади, на полу, лежала Алисса. Ее тело было обнажено, рядом валялось одеяло, но она не спешила тянуть его к себе. Она, как и все, смотрела туда, где, потоком из образовавшейся сверху дыры, прорвало внутрь корабля эту жидкость. Виктор споткнулся о нее, чуть не упал, но удержал равновесие и быстро бросился к двери. Поток жидкости уже бил в каюты, отправляя брызги в разные стороны. Брызги попали ему на руки и даже на голову, но отступать было не куда. Он схватился обеими руками за тяжелую гермодверь, которая отгораживала коридор жилого помещения от кабины, и дернул ее на себя. Но дверь не двигалась. Видимо, при приземлении ее или дверную рамку деформировало, а может просто окислились от влаги петли.
— Помогите, быстрее, вашу мать!.. — заорал он не своим голосом. Йорг, испуганный и потерянный, вскочил с кресла, но вместо того, чтобы броситься помогать Виктору закрывать дверь, он побежал куда-то назад, к пульту управления. Каролина стояла неподвижно. Ее руки, как руки маленького напуганного ребенка, закрывали ей лицо. Алисса продолжала неподвижно лежать и смотреть на все это. Это странно, но в этот момент в ее глазах не было страха, наоборот, читалось какое-то смиренное состояние, какое-то «пусть будет то, что будет» отношение к происходящему. Хью пришел через себе только через несколько секунд. Он что-то заорал, что-то, что потом уже даже и не помнил. Он бросился к Виктору и, так же как и он, схватился обеими руками за дверь. Та заскрипела и затрещала еще громче.
— Давай твою мать! Давай! — орал Виктор, со всей силы толкая ее к коридору, к дверной рамке. — Йорг, твою мать, что ты стоишь?!! — заорал он еще громче. Йорг, который уже отошел от ужаса первых секунд, наконец овладел собой и быстро бросился к двери.
— Раз, два, три! — заорал Виктор и все втроем надавали на заклинившую дверь. Послышался треск. Вода уже протекала в кабину сквозь не закрытую щель. Она уже лизала ботинки Виктора и ботинки Хью. Но ни первый, ни второй не убирали свои ноги, им нужен был упор для того, чтобы закрыть дверь. — Еще раз! И-и-и… раз! — крикнул Виктор и все втроем, разом, налегли на дверь. Та запищала, завизжала как раненый зверь, медленно поползла вперед и почти захлопнулась. — Еще раз! Последний! — крикнул Виктор и снова масса всех трех тел налегла на дверь. Снова жуткий визг, снова скрип и дверь, наконец, закрылась. Виктор схватился за большую, похожую на штурвал, ручку, и начал с силой крутить ее. Она еле поддавалась и ему начал помогать Хью. Йорг, будто обезумевший, продолжал толкать дверь, он будто до конца еще не верил, что она действительно закрылась.
— Остынь! — крикнул ему Хью. Когда все уже было закончено, он протер обратной стороной ладони свое вспотевшее лицо. Но Йорг все равно продолжал толкать. — Хватит, тебе говорят! — он с силой толкнул его рукой в грудь и Йорг, потерявший равновесие, повалился на пол. — Придурок! — Хью отвернулся от него с каким-то отвращением и подошел к столу, на котором стояли фляги с питьевой водой. Он взял одну из бутылок и начал лить себе на руки, потом на ботинки.
— Не трать воду! — крикнул ему Виктор, — иначе…
— Иначе что?
— Иначе… воды не хватит надолго.
— Я не трачу ее просто так, командир, я просто не хочу, чтобы эта дрянь была на мне. Не хочу кончить как она! — он ткнул пальцем в лежавшую на полу Алиссу. Тело Алиссы было по-прежнему обнажено. Она продолжала смотреть в сторону коридора, туда, где за тяжелой дверью, был слышен треск и звук булькающей воды. К ней подошла Каролина, взяла одеяло и осторожно накрыла ее. Салфеткой она вытерла у нее с шеи небольшую каплю, прилетевшую откуда-то с коридора. — Она вся горячая! — повернулась она к Виктору.
— Все замечательно, все идеально у нас, командир, так?! — язвил Хью. — Все идет наилучшим образом, так, как и должно было идти! Мы полетали на корабле, изучили космос и вернулись домой. Что может быть лучше, а?!