— Нет, мужик, ничего нет, извини…
— Дай! — Йорг вырвал из рук Виктора фонарь, прошел чуть дальше и начал осматриваться вокруг. Дорога действительно дальше никуда не шла. Доходя до края холма, она будто упиралась во что-то и заканчивалась. — Черт бы побрал, — Йорг замотал головой, — столько пройдено и… и все это зря!..
Каролина сделала несколько шагов в сторону холма и остановилась, усиленно всматриваясь во что-то в темноте.
— Что ты там увидела? — поинтересовался у нее Виктор.
— Возможно, мне это только кажется, — как-то неуверенно повернулась она к обоим смотревшим на нее космонавтам, — но… мне кажется, я вижу продолжение этой дороги. Она уходит куда-то влево… вверх!
Луч фонаря пробежался по кустам и направился туда, где Каролина что-то видела. И действительно, слева, поднимаясь куда-то вверх, по склону холма, ползла заросшая кустами и травой дорога. Можно было видеть, что деревьев там было меньше, как будто асфальт, остававшийся все еще где-то там, внизу, под почвой, мешал им расти в полную силу.
— Дорога здесь не заканчивается, она уходит вверх! — Йорг поднял фонарь и луч света пополз по кронам росших на холме деревьев. — Все сходится! Сверху, там, сверху!..
— Что там сверху? — с волнением в голосе спросила его Каролина.
— Радиосигнал был отправлен оттуда, сверху! Поэтому он и смог долететь до нас с такого расстояния, минуя все эти естественные преграды на пути!
— Только не говори, что нам придется ползти сейчас вверх! — Виктор осматривал холм, который возвышался над мрачным лесом. Но Йорг и не говорил. Новое обнаружение дало ему сил, и он уже быстро двигался по этой дороге вверх.
8
После моста, этот участок пути оказался самым тяжелым. Еле заметная дорога сплошь и рядом была завалена сгнившими, валявшимися поперек деревьями. Космонавтам приходилось то и дело перелезать через них, подталкивая друг друга, придерживая, подавая друг другу руки. Как таковой, дороги не было вообще. Не было видно асфальтированного покрытия, не попадались бетонные блоки по сторонам, не попадались постройки, здания, ограждения. Все было покрыто травой и мхом. Лишь растительность, которая была чуть менее обширной на этом участке пути, выдавала то, что когда-то давно, змейкой, по этому холму ползла вверх узкая дорога.
На очередное возражение Виктора о том, что это вовсе не дорога и что они лишь попросту тратят силы, пытаясь подняться на холм, Йорг вдруг резко остановился, поднял вверх двумя руками палку, которую нес все это время, и с силой воткнул ее в землю. Она вошла на несколько сантиметров в почву и с глухим звуком ударилась обо что-то твердое. Смотря на Виктора вопросительным взглядом, будто спрашивая «и все равно не веришь?», Йорг прошел вперед еще несколько метров и сделал то же самое в другом месте. Потом еще раз и еще.
— Асфальт, командир! Здесь везде асфальт! — пояснил он свои действия. — Смотри! — он отошел к самому краю, сначала ощупал что-то ногой, потом поднял палку и опять воткнул ее в землю. В этот раз она вошла гораздо глубже. — Здесь асфальта уже нет, здесь обочина. Понял?! Там асфальт, здесь, — он снова топнул ногой, — обочина! Теперь веришь?!
Несколько раз они останавливались на передышку. Силы всех были на исходе. Йорг, который больше всех рвался вперед и который, казалось, не чувствовал усталости первые несколько минут движения, теперь выбился из сил. Он часто и громко дышал. Казалось, даже в темноте можно было видеть пурпурный цвет его лица. При слабом освещении ручного фонаря, оно казалось каким-то особо темным, как у африканца. Лоб и щеки его были мокрыми от пота. На них отражался свет пробивавшихся сквозь кроны деревьев звезд.
— Подождите… подождите! — Йорг перелез через очередное дерево, скинул с себя рюкзак и повалился вниз. Грязной рукой он размазал по лицу скопившиеся крупные капли пота. — Надо… передохнуть, черт бы побрал все это! Мы… мы никуда не спешим, туч нет, дождя тут тоже нет! Давайте… отдохнем!..
Никто не возражал. Виктор так же снял с себя рюкзак. — Садись, — он кинул его к ногам Каролины, но она сделала несколько шагов к краю дороги и села, упираясь спиной в какое-то подгнившее дерево.
— Сколько… сколько нам еще… идти? — она тоже говорила тихо, усталость слышалась в каждом ее слове.
— Недолго… уже недолго! Большую часть мы уже прошли. Самую тяжелую часть, я думаю! — Йорг достал флягу и сделал несколько больших глотков. Плотно закрыв ее, он потряс ею у самого лица, пытаясь на слух понять, сколько там осталось. По звуку было понятно, что осталось мало и что питьевую воду необходимо было беречь. Нахмурившись, он бросил флягу обратно в рюкзак. — Говорю вам, там, сверху, что-то есть… определенно есть! В любом случае, если мы не найдем ничего интересного там, то не найдем нигде! Можно будет просто возвращаться обратно в корабль к этому психу с пистолетом и… и доживать свой век в полной безнадеге!