— Дом! — прокомментировал увиденное Виктор. — Дальше, пожалуйста, дальше!
Каролина послушно листала одну страницу за другой. На каждой из них, справа и слева, сверху и снизу, попадались нарисованными ручкой или карандашами фигурки людей, домов, каких-то машин, собак, самолетов, даже ракет и… вдруг нечто, уже виденное до этого — какой-то большой странный объект в небе, к которому были обращены лица людей и даже морды животных. Даже деревья, нарисованные у дома, казалось смотрели на этот объект, будто и они от него чего-то ожидали.
— Что это за чер-тов-щи-на?! — протянул Виктор. Он невольно вспомнил настенные надписи в тоннеле. — Кто нарисовал это и что это значит?
— Дальше, Каролина, дальше! — уже тихо, почти шепотом, произнес Йорг. Каролина послушно перевернула страницу и вдруг… тело ее заметно вздрогнуло, в руках появилась дрожь, от чего книга начала слабо трястись.
— Дай мне! — Виктор взял книгу в свои руки и повернул к лежащему рядом фонарю так, чтобы видели все.
В правом углу, над впечатанными надписями на латинском языке, виднелся большой округлой формы объект. Он не был похож ни на дом, ни на дерево, скорее он выглядел как корабль. «Ино-пла-нетный корабль!» — прокомментировал Йорг. Огромный, он будто парил в воздухе. В центре его виднелось нечто вроде большой двери, в которой можно было видеть очертания опять каких-то фигур. Внизу, под этим кораблем, видимо на земле, виднелись фигуры стоявших людей. Но, в отличие от рисунка из тоннеля, лица их не было обращены к кораблю, как не поднимали они в его сторону и руки. Они смотрели с листа вперед, будто на них, на Каролину, Виктора и Йорга, сквозь эти пожелтевшие страницы старой книги, будто просили их о чем-то, будто о чем-то предупреждали. Справа и слава от них были те же дома, те же деревья, но дома уже были зачеркнуты и зарисованы, над некоторыми, клубами, возвышался дым.
— Дальше… что дальше?! — голос Йорга замирал от волнения. Виктор медленно потянул за страницу. В его руках, точно так же, как и в руках Каролины, была заметна дрожь. Тихо зашуршал перелистываемый в тишине лист и перед ними открылась новая страница… последняя заполненная страница книги… На ней был нарисован дом, тот дом, в котором они находились. Крыльцо, дверь, даже стоявшая рядом хозяйственная постройка. В этом доме, совсем рядом с крыльцом, в той комнате, куда проломал вход ногой Йорг и где нашли они труп, лежала на боку фигура человека. Его глаза были закрыты, губы отображались безразличной прямой чертой. Он был мертв на этой картинке, в этом не было сомнений. Рядом с ним, на расстоянии не больше вытянутой руки, стояла фигура маленького человечка, вероятно ребенка. Вытянутая вниз дуга рта демонстрировала печаль. Его руки были опущены вдоль туловища, справа и слева от него отчетливо виднелись кресты, те кресты, которые они видели, поднимаясь сюда. Большого корабля уже не было видно в небе, и этот ребенок был один.
— Боже! — Каролина прижала руку ко рту и посмотрела на Виктора, потом на Йорга. Оба молчали, но в лицах обоих читала она какую-то дикую, тянущую скорбь.
— Бедный!.. — проговорил, наконец, Йорг. — Видеть, как на твоих глазах погибает последний из близких тебе людей… Должно быть это было для него адом!
Виктор перевернул следующую страницу, но поля ее уже были пусты, и ничто больше не марало вечное писание своими кривыми каракулями. Виктор дошел до конца книги, одну за одной перелистывая страницы. Но на краях уже ничего не было. Тогда он подошел к кровати и положил «Библию» на то месте, где она лежала до этого. Только сейчас, нагибаясь над кроватью, к ужасу для себя, заметил он, что из-под этого старого одеяла, еле заметно, торчала копна чьих-то белокурых, а может просто покрытых пылью или поседевших от времени, волос. Виктор до боли прикусил свою нижнюю губу и осторожно, так, чтобы никто больше этого не видел, потянул одеяло за край. Волосы скрылись под одеялом, теперь уже навеки. Он тихо что-то прошептал и отвернулся прочь.
— Чего? — переспросил его Йорг.
— Пойдем в другую комнату, — проговорил он и первым вышел в коридор.
Они решили переночевать в какой-то мрачной, но достаточно чистой от мусора и пыли комнате. Посередине стоял небольшой почерневший от времени стол со стульями. Напротив — потускневшее от пыли и грязи окно, с еще целым стеклом. На удивление, мебель прогнила в этой комнате еще не до конца и держала космонавтов, даже Йорга, который садился с особой осторожностью, боясь того, что стул этот его-то уж точно не выдержит.