– Зачем ты отнимаешь у меня вкус жизни? Что я не так сделал? – вопиял Яво, стоя на коленях перед огромной каменной статуей с бараньими рогами и телом адаманта.
Слева от вождя стоял шестиствольный золотой светильник, справа – чревонабивной стол. Служба в храме обычно начиналась с пира. Вдоволь насытившихся по очереди обмазывали елеем и приглашали к жертвеннику, который стоял перед безликой статуей Денезиса. Пары сношались прямо на жертвеннике. По окончании мужчины возливали на него свое семя и с чувством отданного долга восклицали: «Слава властелину!»
В упреках и вопрошаниях Яво провел в храме полночи и уснул прямо на полу.
Наутро чувствовалась сильная ломка в теле. Он серьезно истер колени и слегка покалечил лоб в молитвенном пылу. Все же, это не могло так болезненно отразиться.
Яво вышел из храма и закрылся рукой от солнца. Этим утром оно какое-то по-особенному слепящее и даже противное.
С трудом привыкнув к свету, он обнаружил на своей руке черные обугленные наросты. Яво с ужасом снял облачение и стал осматривать себя везде. Все его тело было покрыто уродливыми струпьями.
Леденящий душу истошный крик раздался по округе и ознаменовал значительную перемену в жизни бывшего вождя северного племени.
Изгнанный за пределы племени Яво сидел на берегу моря и соскребал черепком свои гнойные язвы. Он подавлен, озлоблен и жутко голоден.
– И что ты хочешь мне этим сказать, а? Где обещанная тобой благая жизнь? Ты говорил, я не буду ни в чем нуждаться. Где все твои обещания? – колко и яростно проговаривал Яво. – Не было ни одного дня, чтобы я преступил твои сраные наставления. Так какого хрена тебе надо? Посмотри на меня! Что ты сделал со своим самым преданным служителем?
Отколупывая очередной обугленный участок на теле, он задел нерв и закричал:
– А-а-а-а-а-а-ай! Что, твою мать?! Страданий моих захотел? Ты нарушил свою клятву. Ты предал себя! Ты предал меня! Все, о чем ты мне говорил – ложь! Ты приносишь нам только беды. Сколько наших соплеменников погибло при падении башни? Сколько погибло в водах Лазурного моря? И все из-за тебя! Почему Адверсар оказался сильнее? Почему ты позволил ему погубить твой народ? Мне не нужен властелин, который изменяет своему слову, который не может сохранить и защитить даже своего вернейшего последователя. Твоя власть ничего не стоит! Можешь прикончить меня прямо здесь. Я плюю на все твои сраные заветы. Будь ты проклят, Денезис! Я отрекаюсь от тебя!
Сорвав на последних выкриках голос, Яво в мгновение ощутил, как все черные струпья отлупились, язвы и волдыри изгладились, и его тело обрело бывший здоровый облик.
Столько лет он уповал на владыку. Яво не мог поверить. Его картина мира перевернулась с ног на голову. Но чудеса для него только начались.
Он смотрел вдаль на другую сторону моря и вспоминал, как мать рассказывала ему истории о расколе, о построении башни, о великом переходе через Лазурное море. Яво с упоением все слушал, но всегда недоумевал, зачем войны решили напасть на южан? Когда он спрашивал об этом у матери, слышал только молчаливый вздох.
На берегу моря Яво увидел рыбацкую лодку. Странно, обычно она стоит в другом месте. Но Яво уже не думал об этом. Он бежал к лодке. Смех и развевающиеся на ветру слезы радости являли надежду, что его примут там, откуда он родом. Яво сел в лодку и тотчас отчалил от берега, оставив прежнюю жизнь позади.
Сидя на спокойных садовых деревьях, певчие птицы играли свою традиционную утреннюю программу. Однако одно деревце нервно суетилось этим утром. Малец Дилли прыгал по высоким веткам, чтобы сорвать самые сочные вишенки.
С такой высоты долина была видна как на ладони. Поэтому устало плетущийся со стороны моря адамант не остался незамеченным.
Дилли мигом спустился с вишневого дерева и бросился будить отца.
– Папа! Папа!
– Ты уже собрал ягод на завтрак, сынок, – в полудреме пробормотал Уильям.
– Там по дороге кто-то идет, незнакомый.
Отец распахнул глаза и вскочил от удивления.
– Ты уверен, что незнакомец?
– Да, пойдем!
Собранная на главной площади толпа адамантов тревожно смотрела на северянина.
– Ну не молчи. Говори уже. Что, они плывут сюда? Снова хотят напасть на нас?
– Нет… Нет, не беспокойтесь. Я приплыл один. На самом деле меня изгнали. Но это не важно, если бы я молча смирился со своей участью, я бы не был здесь, – сказал Яво и упал на колени. – Я знаю, наши общие предки когда-то разделились. И именно наше племя отслоилось от вас. Я признаю, что мы подпали под власть злого духа, который до сих пор губит северян. Я не хочу больше жить по его правилам. Не хочу жить в рассеянии. Братья, я прошу у вас прощения за своих отцов и дедов, которые причинили вам неудобства и заставили вас бояться. Мне искренне жаль, что так сложилась наша история. Но сегодня я наконец-то здесь. К сожалению, я никогда вас не знал. Но за последние дни со мной произошли невероятные чудеса, и всеми фибрами души меня тянуло, влекло сюда. Я пришел к вам по зову сердца и прошу вас всех принять меня в свое племя.