– Не может быть! – воскликнула я.
– Что случилось? – Люк остановил тележку рядом со мной. Не веря своим глазам, я указала на красочную витрину.
– Видишь все эти ароматические штуки?
– Да. – Он взял бутылочку с маслом для массажа и изучил этикетку. – Ну и что?
– Их делает моя соседка по дому.
Когда Рейнбоу рассказывала о своем бизнесе, я представляла себе самодельные средства в разнокалиберных баночках и скляночках. А вместо этого я увидела замечательные дизайнерские упаковки – элегантные, миниатюрные цветные бутылочки, которые так и хотелось купить.
– Выглядит неплохо. – Люк бросил бутылочку в тележку. – Нам нужно будет попробовать.
Нам?
Он зашагал к кассам, а я побежала следом, собираясь спросить, что он имел в виду. Но они с кассиром уже обсуждали футбол, смеясь, как старые друзья.
Вероятно, под «нам» он подразумевал – «нашему величеству»?
Мы быстро добрались до дома Люка. Я надеялась, что успею заглянуть в пакет из магазина игрушек, пока мы будем заносить покупки. Но он шлепнул меня по руке и велел вести себя пристойно.
Я надулась.
Люк легко, вприпрыжку поднялся по лестнице в свою мансарду. Поставил сумки и принялся рыться в карманах в поисках ключей. Я с подозрением уставилась на него.
– Что-то ты весь вечер чересчур оживленный. Он ухмыльнулся мне через плечо и открыл замок.
– Я проведу этот вечер с самым дорогим мне человеком, и поэтому я оживлен. – Он распахнул дверь настежь, подхватил сумки и вошел, оставив дверь открытой для меня.
У меня не было слов. Я потрясенно смотрела, как он скрылся где-то в недрах квартиры. И нечего так удивляться! В конце концов, Люк тоже самый дорогой для меня человек. И все же эта фраза шокировала меня до немоты.
– Эй, пипетка, ты заходишь или нет?
Это быстро вывело меня из ступора.
– Не называй меня пипеткой! – Я направилась в кухню и поставила сумки на стойку. – Я не пипетка, я уже полностью выросла из этого детского прозвища.
Люк выглянул из-за дверцы открытого холодильника.
– Ты такого же роста, как и в тот день, когда мы встретились!
– Это потому что девочки раньше взрослеют.
Он ухмыльнулся и стал чем-то похож на волка.
– Я помню.
Невыносимый! Лучше всего – не обращать на него внимания, поэтому я стала разбирать покупки.
– Я сам этим займусь. – Люк выхватил сыр у меня из рук. – Иди переоденься.
– Переодеться? Зачем?
– Чтобы не запачкать свой костюм. Ты будешь помогать мне готовить.
Я сморщила нос. Я не умею готовить, и Люк это знает.
– Не думаю, что это удачная идея.
– Это отличная идея. – Он бросил на меня хитрый взгляд. – Боишься, что не справишься?
– Кто? Я?! – Черт подери, он знает, как задеть меня за живое.
– Тогда приступай!
– Мне не во что переодеться.
– Ничего, я что-нибудь найду. – Он повел меня по металлической винтовой лестнице в свою берлогу (это его слово, не мое), порылся в ящике, вытащил свою футболку и протянул мне. – Надень это.
– Только это? – пискнула я.
– Она длиннее, чем большинство юбок, которые сейчас носят женщины.
Я уставилась на футболку.
– Но не я!
– Знаю. Очень жаль. – Он дернул меня за прядку, снова выбившуюся из прически. И оставил меня переодеваться.
– Вечно ты стараешься вытащить меня из костюмов, – ворчала я, снимая пиджак.
– Это цель всей моей жизни, – ответил он снизу.
Я скорчила рожу в его сторону и переоделась. Люк был прав – черт его подери! – футболка доходила мне до колен.
И все же было немного неловко бродить по дому мужчины в одной футболке. Мое нижнее белье (да-да, новое, то самое, которое купил Люк) почти не считалось. Оно было тоненькое, как паутинка. Я несколько раз моргнула, когда поняла, о чем я сейчас подумала. По дому мужчины? С каких это пор Люк – мужчина?
То есть я всегда знала, какого он пола, но никогда не осознавала этого. Ну, как, например, предполагается, что кукла Барби – женского пола, но в то же время и нет, потому что она – бесполая.
Люк больше не был бесполым.
Так, меняем ход мыслей.
Ух ты, у него шикарная кровать! Я провела пальцем по одеялу и подумала, как, наверное, здесь уютно спать. Тут же залилась румянцем, когда представила Люка, развалившегося под одеялом, и сбежала оттуда – в смысле, пошла помогать готовить.
Мансарда Люка оформлена в стиле минимализма, и это подчеркивает ее огромность, а с верхней ступеньки она казалась вообще необъятной. Я видела прихожую, жилую зону, кухню в глубине и маленький офис с отдельным входом, похожий на альков.
Не знаю, как Люку это удается, но в его мансарде всегда уютно. Мебель в основном светло-кремовая, но по всему дому встречались и пятна теплых тонов – от больших картин на стенах до подушек и безделушек. Он всегда отдает мне ненужную мебель, но я никак не могу создать такой же уют.