В трубке щелкнуло.
– Кэт?
– Люк! Ты дома! – с облегчением вздохнула я.
– Чего ты хочешь, Кэт? Я занят.
– Я знаю, – сердито оборвала я, – поэтому и звоню.
Молчание.
Ну ладно. Он не хочет облегчать мне задачу.
– Я просто хотела сказать, что тебе уже не нужно ехать с Лидией на уик-энд. Все в порядке. И спасибо тебе большое за все.
Когда он наконец заговорил, у него был такой же холодный голос, как у Лидии.
– А что с твоим повышением?
Я проглотила все, что осталось от моей разбитой мечты.
– Его не будет.
– А если бы она не передумала, ты бы мне позвонила?
Отличный вопрос. Я и сама хотела бы знать ответ.
– Понятно, – усмехнулся Люк, – спасибо, что позвонила, Кэтрин.
– Подожди! – Я почувствовала, что теряю его, и, что бы я ни сделала, это не поможет. Я запаниковала – и сердце заколотилось так громко, что его пульсация отдавалась в голове. – Может, пообедаем вместе на этих выходных?
– Не могу, я уезжаю из города.
– Все-таки уезжаешь? – От потрясения голос задрожал.
– Я люблю тебя, Кэтрин, но устал ждать, когда ты это поймешь.
Что пойму?
– Я понимаю, что ты хочешь добиться успеха, но у тебя смещены приоритеты. Я просто не могу так больше. А Лидия – теплая, умная женщина, и она не зациклена исключительно на работе.
– И вовсе она не такая! – покачала я головой. – Уж в этом-то я абсолютно уверена.
– Ты вряд ли можешь об этом судить, Кэтрин.
Ой!
Он вздохнул. Я прямо видела, как он потирает шею, как всегда делает, когда напряжен.
– Мне пора идти, Кэт. Мне многое нужно сделать до отъезда. Береги себя.
Не веря собственным ушам, я слушала короткие гудки. Люк бросил меня.
Я уронила голову на стол, пару раз от души стукнулась о его твердую поверхность. Может, так я выколочу какую-нибудь умную идею. Как собрать жизнь, которая вдруг рассыпалась на мелкие куски?
– Как вы себя чувствуете, Кэтрин?
Услышав голос Дрейка, я вздрогнула и подняла голову.
– Негодяй!
В глазах его появились искорки смеха, но лицо оставалось серьезным.
– Как я вижу, не слишком хорошо. Вчера вечером вы совсем отключились.
– Вы специально напоили меня, да? Чтобы выудить из меня всякие секреты? – Я искренне надеялась, что не сказала ничего, что могло бы причинить вред нашей компании. Но я не помнила этого точно. – А я еще удивлялась, встретив вас там, но вы все спланировали заранее, да? Вы, наверное, следили за мной?
Потом я припомнила: он ведь сам говорил, что пришел туда следить за Лидией. Я свирепо уставилась на него.
– Негодяй!
Он вошел в кабинет и закрыл за собой дверь. Он не был таким уж высоким, но все равно умудрился как-то сразу заполнить собой мой чуланчик. Я непроизвольно отшатнулась.
Дрейк присел на угол стола и стал молча разглядывать меня. Наконец он заговорил.
– Похоже, вы узнали, что я собираюсь захватить контроль над «Эшворт Коммуникейшнс».
– Лидия никогда не позволит вам это сделать! – вздернула я подбородок. – Я вообще не понимаю, как она еще не запретила вам появляться в этом здании.
Он криво ухмыльнулся.
– Думаю, Лидия ничего не может предпринять по этому поводу.
Это было сказано так сухо и прозаично, что я почему-то сразу поверила. И мысленно отметила, что нужно обновить свое резюме – оно может мне скоро понадобиться.
– Нельзя ничего запретить держателю основного пакета акций! Но я собираюсь изменить свой первоначальный план.
– Это правда?
– Если вы дадите мне кое-какую информацию, – кивнул он.
Ха!
– Вы меня принимаете за идиотку? Не нужно недооценивать женщин! Именно мы изобрели пожарный выход, пуленепробиваемый жилет и лазерный принтер. Не говоря уже о щетках стеклоочистителя.
Его губы расплылись в улыбке.
– Я никогда не посмею недооценивать вас, Кэтрин. Я вас очень уважаю. Но информация, которую я прошу мне дать, – не о компании. О Лидии.
Будь я умнее, я бы рассказала Дрейку все, что он хочет, и заставила бы его пообещать мне работу, когда он захватит «ЭшКом». Но я не могла. Просто не могла.
– Нет.
Вы все еще верны ей, даже после того разноса, который она наверняка устроила вам сегодня утром, – удивленно произнес он.
Я содрогнулась при воспоминании об этом. Потом пожала плечами.
– Это просто привычка, и я от нее избавлюсь. Со временем.
– Не уверен, – пробормотал он, постукивая пальцем по подбородку. Он молча рассматривал меня.
Я вздернула подбородок, поджала губы и с вызовом взглянула на него. Пусть не думает, что может заставить меня сделать все, что он захочет.
Понятия не имею, как долго мы сверлили друг друга глазами. Наконец он нарушил молчание.
– Я должен перед вами извиниться, Кэтрин.