Та кивнула.
– Да. Хотя лично я предпочитаю хороший триллер.
– Ну вот, сегодня днем как раз его и увидишь, – многообещающе сказала Мими, взяла у Нелл наручники и бросила в сумку Люсиль. – Лучше ты возьми. Если Билли меня с ними увидит, одному богу известно, что он придумает. Идем, сестренка. Дел много, а времени мало.
Она улыбнулась, взяла сестру под руку и вывела наружу.
– Теперь понятно, какие краски ты решила добавить в жизнь, Нелли, – заметила Хани.
– О чем я только думала? Услышала, как Мими просит наручники, и решила помочь, как истинная учительница.
– Почти боюсь спрашивать, откуда они у тебя в сумке, – начала Хани и поморщилась.
Судя по блеску в глазах подруги, та собиралась рассказать нечто настолько сенсационное, что жизнь Хани больше не будет прежней.
– Я не знала, куда их деть. К нам по вторникам уборщица приходит – а вдруг она найдет новые игрушки? Еще отполирует их… у нас раздражение кожи начнется. Или хуже того – уволится.
– Значит у тебя с собой не только наручники?
Нелл открыла сумку и жестом предложила Хани самой посмотреть. Внутри помимо телефона и солнечных очков лежал вибратор, длинное перо и нить жемчуга.
– Я так понимаю, его не на шее носят? – пискнула Нелл. – Саймон дал мне их сегодня утром! Хани, я даже не знаю, для чего они. Помоги!
– Ты не по адресу. Лучше Ташу спроси, – рассмеялась Хани.
Последние несколько недель явно стали для Нелл периодом откровений, однако та нашла время устроить Хани свидание с Робином. «Она и правда лучшая подруга». Вероятно, с ней можно было бы поговорить о Хале, но сейчас определенно неподходящий момент. Хани ждал Кристофер, спеша сообщить еще больше гадостей.
Глава 12
Час спустя, слушая Кристофера, Хани не переставала волноваться о Мими и Люсиль. Что они задумали? Вернее, задумала Мими, а Люсиль поддержала? Две вещи можно было сказать наверняка: первое – Билли непременно ввяжется, второе – Кристофер точно психанет. Больше Хани ничего не знала. А, еще тут как-то задействованы розовые наручники Нелл. Хани успела позвонить сыну старика Дона, и тот обещался примчаться вместе с фотографом. Массируя виски, она молилась, чтобы в результате не оказаться без работы – по крайней мере до тех пор, пока не успеет спасти дом.
Кристофер хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание. Присутствующие затихли. Трое водителей, двое уборщиков, Патрик, огромный повар из Глазго, и его свежевыпустившийся ученик, работавшие в офисе Черил с матерью и сама Хани. Невзирая на разношерстную компанию, Кристофер буквально раздувался от чувства собственной значимости. Он постучал по большому зеленому микрофону, выглядевшему так, словно его из шоу восьмидесятых годов сперли, установил в центре комнаты, обнаружил, что провод не достает до розетки, и наконец пристроился с ним в углу, точно наказанный ребенок.
– Раз-раз, – произнес он, словно ведущий дешевой свадьбы.
От визга помех все дружно зажали уши. Кристофер пробормотал несколько слов, которые точно не стоит говорить в микрофон, выкрутил громкость на полную и поправил стойку.
– Я бы звук убавил, малыш, если, конечно, не хочешь, чтобы тебя весь город услышал, – заметил Патрик, явно наслаждаясь возможностью уколоть босса.
Тот раздраженно зыркнул на повара, выдернул шнур из розетки и снова вытащил микрофон на центр комнаты.
– Итак, перейдем прямо к делу, – заявил Кристофер, обеими руками держась за стойку и словно собираясь спеть караоке.
Патрик поднял руку.
– Наверное, нет смысла говорить в выключенный микрофон.
– Знаю, – проворчал Кристофер, обошел стойку и прочистил горло, медленно обводя взглядом собравшихся.
– Если мы наконец готовы, то начнем, – сказал он так, будто не сам только что занимался ерундой. – Как вы все знаете, через несколько месяцев дом закроют. Магазин тоже. – Он выразительно посмотрел на Хани. – Начальство сегодня вызвало в офис меня лично. – Кристофер раздулся от гордости. – Они решили перенести дату на пять недель раньше, так как я уже нашел места для более чем половины младших резидентов, и, учитывая еще и естественное сокращение жильцов, разумно переселить оставшихся поскорее. Вы со мной?
Хани уставилась на него. Пятью неделями раньше?
– То есть нам меньше заплатят? – воскликнул один из уборщиков.
Хани разделяла их тревогу, но в речи Кристофера ее разозлило совсем другое. Она подняла руку, и все посмотрели на нее.
– «Естественное сокращение жильцов»? Естественное сокращение? То есть вы рассчитываете, что самые старшие резиденты попросту не доживут до переселения?
Кристоферу хватило ума изобразить раскаяние.
– Ну, я не совсем так выразился, мисс Джонс, но учитывая преклонный возраст большинства резидентов, логично думать… – Вдруг он осекся, вскинулся, точно ищейка, и прищурился. – Что за шум? – Сбив по пути стойку, Кристофер подскочил к окну. – О нет. Нет, нет, нет. Ни за что. Прошу прощения, леди и джентльмены. – Мерзко улыбнувшись, он выскочил за дверь, а все кинулись к окнам, чтобы узнать, в чем дело.
– Боже! – ахнула Хани, зажав рот и глядя на резидентов, которые привязались к ограде кто чем смог.
В одном конце стояла Мими, прикованная розовыми наручниками Нелл, в другом – Билли, задействовавший лифчики из прачечной. Минимум восемь других резидентов выстроились между ними, включая Люсиль, избравшую для цели компрессионные колготки, и старика Дона, прикрепившего свою инвалидную коляску коллекцией галстуков и разложившего на салфетке на коленях сэндвич с луком и сыром.