Хал пожал плечами.
– Да так, знаю кое-кого.
Точно огромное преуменьшение, но Хани уже достаточно изучила соседа и не стала допытываться.
– Еды и супа столько, что еще на завтрашний ужин хватит. Еще мы разработали меню на несколько дней вперед. – Хал остановился и отодвинул миску. – Стив спросил, приду ли я завтра.
Ложка Хани застыла на полпути ко рту.
– И что ты ответил?
Хал потер щетину на подбородке.
– Я подумаю.
Собрав посуду и поставив ее в раковину, Хани собралась уходить.
– Мне пора. Билли меня прикрыл, но он за поцелуи все товары пораздаст.
Хал ответил полуулыбкой, той, что творила с мозгом Хани странные вещи.
– Как по мне – отличная цена. Не забудь про меня, когда соберешься домой, Ханисакл.
– Постараюсь, – пообещала она, выходя с кухни.
Забыть его. Будто такое возможно.
***
Вопреки опасениям Хани Билли прекрасно справился.
– Надо поговорить насчет кампании, – начал он, ставя перед ней чашку и чайник десять минут спустя. – Боюсь, кулачные бои между Люсиль и Мими поставят нас в неловкое положение.
Хани невольно улыбнулась от формулировки, но Билли был прав. Кристофер, небось, светится от счастья. Сестры невольно сыграли ему на руку.
– Кто вызвал скорую?
Билли выглянул в окно.
– Правящие круги, – мрачно сообщил он, кивнув на дом.
Кто бы сомневался.
– Что он сказал прессе?
– Несколько раз повторил слова «постыдный» и «старческий», а потом я кинул в него туфлей.
– Серьезно?
– Серьезнее некуда. – Билли помахал своей красной замшевой туфлей на толстой подошве. – Думаю, у него фингал останется.
Хани задумчиво отпила чаю.
– Билли, ты сможешь сегодня еще немного подежурить в магазине? Мне нужно кое с кем поговорить.
– Не с тем ли красавчиком-поваром, а, леди? – поиграл бровями Билли. – Такой загадочный, в темных очках.
– Билли, он слепой.
Старика редко чем можно было удивить, еще реже он становился серьезным. Однако слова Хани вызвали обе эти эмоции.
– Черт, как же я не понял. Мой брат ослеп в детстве, – пояснил он, глядя куда-то вдаль. – Ему тогда всего четырнадцать было. Паршивый случай.
– Он еще жив? – не удержалась Хани.
Билли никогда прежде не упоминал о брате.
– Умер лет десять назад. Если думаешь, что я заноза, то ты нашего Лена не встречала. Или Леонарда, как предпочитала его звать наша мама. – Билли широко улыбнулся. – Леонард и Уильям. Билли и Лен. Он вечно втягивал меня в неприятности. – Глаза старика озорно сверкнули. – Тоже дамам прохода не давал.
– Да неужели, – рассмеялась Хани. – Нет, мне не с поваром поговорить надо. – Она глянула на часы. Уже три. – Вернусь через тридцать минут, чтобы ты тоже пошел на день рождения старика Дона.
– Хорошая девочка. – Билли потер руки. – Ты же меня знаешь, никогда не пропущу вечеринку.
Глава 27
В начале восьмого Хани с Халом наконец отправились домой.
– С шестнадцати лет на автобусе не ездил, – признался он еще по дороге в магазин, но сейчас явно чувствовал себя так же неловко и странно.
Хани охотно ему верила. Обычно люди в общественном транспорте сливались в единую массу. Но не Хал. Даже со всей своей анонимностью он все равно выделялся – ну или, может, это Хани так казалось. Хорошо, что час пик миновал, и в автобусе было относительно спокойно.
– Ты умеешь водить? – спросил он.
– Технически да. Хотя я мало садилась за руль с тех пор, как получила права.
***
Хал отвернулся к окну, обдумывая ее слова. До аварии он обожал водить. Машины. Мотоциклы. Чем быстрее – тем лучше. Легкомысленное отношение Хани к вопросу неожиданно разозлило Хала. Она может сесть за руль в любое время – и не ценит то, что имеет?
– Тебе правда удобнее мотаться на долбаном автобусе? Отираться о немытых подростков и стараться не замечать местных сумасшедших, а не сидеть в машине и самой контролировать ситуацию?
Из-за отчаянного желания ощутить мощь мотора у Хала перехватывало дыхание, а еще отключалось чувство такта. Он пытался успокоиться, заткнуться, но ничего не выходило. Потребность билась внутри, словно разгневанный зверь в клетке. Хал так тосковал по этому. По тому, кем он был – до самого мозга костей. Бенедикт Халлам, адреналиновый наркоман. После аварии он заперся в четырех стенах, потому что, выходя из дома, вспоминал обо всем том, чего лишился. Запах бензина, гортанный рокот выхлопных труб. Хал больше не был тем, кем привык быть, а самое главное – не знал как стать кем-то другим. На него обрушилось столько дерьма. Хватит ли у него сил начать все сначала? Хуже всего, Хал не знал, хочется ли ему вообще пробовать.
– Ты сегодня отлично справился, – ворвался в его мысли голос Хани.