– «Суббота».
Хал кивнул и ткнул в нее пальцем.
– Так и знал.
Хани смерила его долгим взглядом.
– Иди к себе. Увидимся позже.
Глава 29
Хал закрыл дверь, а Хани направилась прямиком по магазинам. К восьми часам, когда он постучался к ней, она была готова. Составляющие для ужина есть? Да. Квартира прибрана и ароматизирована оставшейся с Рождества свечой? Да. Хани надела лучшее платье и вымыла голову. А еще надеялась, что в пресловутом конверте открытка, которую можно прочитать Халу.
Утром она и не догадывалась, что за один день сходит аж на два свидания. Хотя вечер с Халом свиданием не считался, но все равно, день рождения – особый праздник, волшебный, когда обычные правила летят в окно, а вместо них царит сплошная доброжелательность. Вроде Нарнии, что появляется в шкафу, если выполняешь условия, только попасть туда можно лишь раз в году.
У самой двери Хани замялась, почти жалея, что позвала Хала к себе. Вдруг он плюнул на ее советы и продолжил свою «вечеринку»? Вдруг стоит там, пьяный как свинья и с таким же запахом?
– Я знаю, что ты там. Гарью пахнет, – сообщил Хал сквозь дверь, к счастью, совершенно внятно.
Хани улыбнулась и открыла.
– Врун. У меня все под контролем.
Перед ней стоял совершенно другой человек. Выбритый, чистый, в рубашке с галстуком – а главное, отважившийся выйти без защиты очков.
Хал прошел за ней по коридору, принюхиваясь.
– Чеснок и освежитель для воздуха «Сосна». Необычно, даже по твоим меркам.
Хани поспешно задула свечу и повела его к столу.
Пока она суетилась на кухне, он крутил в руках столовые приборы. Затем потер между пальцев уголок парадной клеенки. Конечно же, та не соответствовала его повышенным запросам, но по крайней мере Хал не знал, что она украшена китчевым рождественским узором. Эта клеенка, подарок от Люсиль, – единственное, что Хани смогла найти вместо скатерти.
Она проверила противень с картофельными кубиками и жареными овощами и закрыла духовку.
– Если делаешь бифштекс из вырезки – как долго его нужно жарить? – спросила Хани, разглядывая лежащие на разделочной доске куски мяса так, словно это ее собственные почки.
– Не очень долго. Зависит от того, какой толщины бифштекс и для кого я его готовлю, – пояснил Хал, вставая со стула и пробираясь к стойке. – Дай попробую.
Наблюдая, как он проверяет толщину кусков, Хани постаралась не особо заглядываться на его руки.
– Жарить на гриле? – спросила она.
– Боже, нет, – ужаснулся Хал. – Достань обычную сковороду. И немного сливочного масла.
– Кулинарный урок номер два?
– Не позволю испортить хороший бифштекс. Брось масло на сковороду, пусть растает. Да, так хорошо, – сообщил он минуту спустя. – Теперь приправь мясо и положи в кипящее масло.
Хани улыбнулась и поместила один бифштекс на сковороду.
– Оба сразу? – уточнила она.
Хал кивнул и затих.
Немного погодя, Хани чуть приподняла один вилкой, чтобы проверить нижнюю сторону.
– Не трогай, – резко приказал Хал.
Подняв брови, Хани отошла от плиты.
Наконец он снова заговорил.
– Теперь полей их маслом и переверни.
Хани старательно выполнила указания.
– Не трогай мясо, пока не скажу.
– Ты не спросил, какие стейки я предпочитаю.
– Это бифштекс. И ты будешь есть его только таким, каким его вообще следует готовить.
– Грубиян, – проворчала Хани и пихнула ему бокал.
Хал попробовал и нахмурился:
– Фу. Что это за хрень?
– Коктейль из шампанского и апельсинового сока. С днем рождения.
– Мне что, снова четырнадцать?
– Нет, но с учетом того, как ты не столь давно напился, думаю, нам лучше начать с чего-то легкого.
Хал оставил бокал.
– Сними бифштексы с огня.
Хани нахмурилась. Она бы подержала мясо подольше.
– Уже? Но они только…
Хал подчеркнуто вздохнул.
– Я учу тебя, как продавать одежду покойников и прочие ненужные вещи?
Хани фыркнула.
– Вообще-то мы все чистим.
– Снимай бифштексы. Сейчас же. – Дождавшись, когда она все сделает, Хал вдруг заявил: – Прямо сейчас их есть нельзя, пусть еще дойдут.
Хани опешила.
– Но они же готовы. Ты сам сказал. Мясо остынет.
Хал потер рот, словно сдерживая поток ругательств.
– Займись чем угодно. Подогрей тарелки. Налей нормального вина. Включи музыку. Спой «Happy Birthday». Делай, что хочешь, только не трогай чертовы бифштексы.
Хани показала ему язык и тут же устыдилась.