Неожиданно до уха девушки донеслись новые звуки: отрывистые чеканные фразы, на смутно знакомом языке и вслед за ними — равномерный рокот, в котором Наташа безошибочно уловила топот множества ног. Вот коридор свернул за угол и Наташа невольно дернулась на своей каталке — справа от нее разверзся огромный котлован дальние стены которого терялись во мраке. Слева вздымалась сплошная скала, вдоль которой тянулась узкая дорога спускающаяся вниз. По ней конвоиры девушки и покатили ее каталку. Наташа же смотрела вниз, сейчас даже позабыв об испуге — ее захватило разворачивающееся внизу грандиозное действо.
Раньше это видимо была обычная естественная пещера, однако человеческие руки неплохо над ней поработали, превратив в глубокий котлован, с четкими прямоугольными очертаниями. В скальных нишах крепились большие прожекторы, заливавшие все тусклым светом. А на дне, словно на огромном плацу маршировали колонны солдат, одетые в хорошо знакомую Наташе форму. Девушка присмотрелась к марширующим и невольно охнула.
Внизу шли обезьянолюди: в форме НКВД, с соответствующими знаками отличия, довольно ловко держащие на плечах винтовки. Красные глаза поблескивали в свете прожекторов, а на уродливых мордах было не менее серьезное выражение, нежели у солдат РККА на параде.
Наташа перевела взгляд на щуплого человечека стоявшего на возвышении под одним из прожекторов и выкрикиваюшего команды в большой рупор. Форма на нем была явно не красноармейская, но в то же время смутно знакомая. Наташа напрягла память — и тут же вспомнила.
В похожую форму были одеты двое китайцев из повстанческого отряда незабвенного командира Порханова. Видно это и была форма китайских коммунистов, значит, и команды он выкрикивал на китайском. Советские и китайские коммунисты, теснимые по всем фронтам, все больше сближались, фактически происходило их слияние в очередной вариант Союза Социалистических республик. Однако Наташа не думала, что дело зашло так далеко, что китайцев допустили к столь секретному советскому проекту. Наташе даже показалось, что она узнает этого человека — одного из китайских военачальников, не так давно посещавшего столицу Советской Сибири и принятого самим генералиссимусом.
— Наплаво! Клугом! Шагом малш!
Со стороны китайское коверканье русского языка могло показаться смешным — вот только Наташу, при взгляде на старательно марширующие колонны зверолюдей в форме красноармейцев совсем не тянуло смеяться. Чем-то уж слишком жутким веяло от этого зрелища, словно предвестие недалекого и страшного будущего. Внезапно Наташе привиделся совсем другой плац — не плац, огромная площадь — по которой недочеловеческие орды грохочут сапогами перед вынесенным из подземелий саркофагом.
Тем временем, спуск кончился и дорога, по которой везли Наташу, свернула в очередной туннель. Здесь внизу, вновь пошли тщательно отполированные стены и потолки, да и освещение было заметно ярче, чем наверху. Однако через сто метров коридор оборвался перед массивной двустворчатой дверью из чистой стали. По центру ее красовался барельеф — ухмыляющаяся морда обезьяноподобного демона. Из оскаленной клыкастой пасти торчал длинный язык, вместо глаз красовались граненые шары из темно-красного стекла. В ином месте, подобная харя посреди коридора с электрическим освещением казалась бы странным курьезом, но здесь, в окружении обезьяноподобных тварей она выглядела более чем естественно. Один из конвоиров Наташи надавил на вытянутый язык, внутри жуткой образины что-то щелкнуло, тусклые глаза на миг осветились ярким светом и створки бесшумно разъехались. Двое обезьянолюдей вкатили внутрь каталку и дверь с лязгом захлопнулось.
Глазам Наташи открылась обширная пещера, по контрасту с предыдущим интерьером — оставленная почти в первозданно виде. Посреди пещеры текла небольшая речка, судя по шуму спадающая водопадом где-то вдалеке. От воды исходило зловоние, перебивавшее даже запах обезьянолюдей — видно сюда сливались сточные воды со всего Центра.
На берегу речки горел костер, возле которого стояли двое. Вернее один человек стоял, а другой сидел, скрестив ноги и, напевая заунывную песню, что-то бросал в огонь. Пламя от этого становилось ярче и меняло цвет, озаряя пещеру синими и зелеными вспышками. В них Наташе почудилось какое-то движение у стены, справа от закрывшейся двери. Новая вспышка осветила плоское скуластое лицо, узкие глаза, шапку с совиными перьями, небольшое зеркальце на груди, отразившее блеск колдовского пламени. Наташа бросила взгляд налево, потом опять направо — полукругом у стены, вдоль до потока с нечистотами неподвижно застыли фигуры в черных халатах.