Выбрать главу

Цатус Фазген был лордом, а это означало что перед ним белая кость империи. Не простой служака, прошедший всё от самых низов, как Зен, а человека из высшего сословия. Поговаривали, что он представитель древнего пиратского рода, купившего для своих отпрысков имперский титул. Для империи не имело значения, как ты получил свой титул – главное, чтобы у тебя были деньги. Фазген обладал ими уже не в первом поколении и потому вряд ли когда-либо в своей жизни нуждался, как Зен. И от того вдвойне удивительно, что такой высокородный джентльмен решил привлечь к своим делишкам Шейдена.

«Вряд ли он предложит мне в картишки перекинуться», перебирал Зен Шейден варианты.

Прославился Фазген отнюдь не происхождением. В молодости, во время службы на Кейхеле ещё молодой Цатус попал в шторм и вынужден был дышать агрессивной атмосферой газового гиганта, и, как результат, сжёг слизистую оболочку лёгких. Но не пошёл на операцию, а стал носить респиратор, который подавал очищенный кислород прямо в его обожжённые альвеолы. Отчего дыхание его было слышно за несколько метров и вызывало какое-то инфернальное чувство страха у всех, кто общался с адмиралом. И дабы его усилить Цатус Фазген носил чёрный плащ поверх бронированного нагрудника. Поговаривали, его система жизнеобеспечения позволяли ему «дышать» в открытом космосе. Хотя сколько там у него кислорода в запасе, никто не знал.

Зен Шейден понимал какое впечатление оказывает облик Фазгена на собеседников и поэтому изо всех сил убеждал себя при знакомстве смотреть адмиралу прямо в глаза, и как можно крепче пожать ему рук. К сожалению, его ладони были слишком потными и потому приходилось их постоянно вытирать всё тем же белым платочком.

Зен Шейден подошёл к стоящему к нему спиной Фазгену и, вытянувшись по стойке смирно, громко отчеканил:

- Лорд адмирал Фазген, полковник Шейден, по вашему приказу прибыл, кх-кх, - он так старался что аж закашлялся. Единственное на что ему не доставало сил – втянуть в себя уж слишком выпирающий живот.

- Пш-ш-ш-ш-ш, у-у-у-ух, - раздался пугающий вздох и Фазген обернулся. Он был высоким и крепким, с отличной выправкой и выглядел довольно спортивным, тем более на фоне мешковатого Шейдена.

В который раз Зен пожалел, что бросил занятия спортом. Хотя по правде они ему никогда не нравились, да и эффект от них был минимальным.

- Мне пришлось вас ждать, пх-х-х-х-х, у-у-у-у-уш, - прошипел через респиратор лорд-адмирал Цатус. – Назовите причину задержки.

- Лорд Фазген, вы вызвали меня прямо посреди боя! Я прибыл, как только смог! – Изо всех сил втягивал свой безразмерный живот Зен Шейден. Глядя на него сложно было поверить, что он уже больше года воюет, а не расквартировался в столовой.

- Я знаю откуда я вас вызвал, пш-ш-ш-ш-ш, у-у-у-у-ух, - вдохнул адмирал, глядя на голографическую карту. С орбиты всё смотрелось далеко не так трагично, как непосредственно из окопа.

- Вы нужны мне для кое-какого дела, пх-х-х-х-х-х, готовы ли вы послужить империи?

- Так точно мой адмирал! – Продолжал чеканить Шейден.

- Отлично. Я и не рассчитывал услышать, пш-ш-ш-ш-ш-ш, что-нибудь другое, - он кинул взгляд на грузовой лифт в противоположной стороне мостика и громко приказал: - Поднимайте!

Загудели двигатели, закрутились шестерни, и что-то с характерным звуком стало подниматься на верхний ярус капитанского мостика.

Зен Шейден хотел было спросить у командующего что там, но привычка «не задавать вопросов» и всегда отвечать вышестоящим «Так точно», взяла верх.

Тем более то, что приказал поднять лорд Фазген, было уже перед ним. Огромная светящаяся колба, аквариум с человеческий рост и пару метров в диаметре, изнутри пропитанный светом.

- Что за… - Зен хотел было добавить «чёрт», но сдержался, памятуя что перед ним начальник. Казалось Фазген пристально наблюдает за всеми реакциями Шейдена, словно тестировал его.

- Что это? – Наконец придумал как перефразировать свой вопрос Зен Шейден.

- Подойди поближе и посмотри, пш-ш-ш-ш-ш, - прозвучал механический голос Фазгена, усиливаемый его чудо респиратором.

Но Зен и так видел, что там внутри. Там была девушка, её кожа отличалась идеальной бледностью, а глаза были закрыты. Она сидела на чём-то отдалённо напоминающем кресло с неестественно запрокинутой назад головой.