— Эх, а я-то думал, будет девушка…
— Много думал, Коршеев.
— Такой… Такой простой? Фу.
— Да посмотри как он одет. Ужас просто…
— Мняу, а у негоу есть девушкау?
— Что за безвкусица…
— Откуда он вообще вылез такой.
Можно было сказать, что какую-то реакцию преподаватель на своё появление получил, а это было большой редкость в этой академии. Никто, конечно, не хотел его как-то сильно задеть или реально обидеть. По крайней мере не все хотели чтобы он это слышал. Но…
Аудитория была большая. Звук по ней расходился отменно. В общем, так или иначе, он всё слышал.
— Эх, а я-то думала что будет красавчик… — опечалено вздохнула рядом сидящая подруга.
Нельзя было сказать что голос у преподавателя был какой-то противный или неприятный, нет. Он был самый обычный, чуть уставший, но почему-то крайне знакомый для Елизаветы. Настолько знакомым, что она машинально подняла взгляд на нового учителя.
И обомлела.
Он. Это просто он.
Лиза не видела его лицо, оно всегда было скрыто маской или она была отвлечена на более важные вещи перед ней, типа пистолета. Она не видела как он выглядит, только могла представлять что скрыто за броней его защитного костюма.
Но она точно помнила что он постоянно носил с собой кобуру с пистолетом на ноге.
— Ещё и муляж этот дурацкий… — пробурчала соседка. — зачем вообще таскать с собой это. Тем более на ноге? Это же так неудобно.
Да, точно такую же кобуру. На том же месте.
Она хорошо её помнила. Как тот капитан давал клички её служанкам, как постоянно был чем-то недоволен. Как наставил на неё пистолет, требуя ответов, которых она не имела права говорить. На неё, а затем и на Чолаеву.
Бедняжка всё ещё ходит к психологу после произошедшего!
Смерть, взрывы, крики боли и страх, непрекращающийся страх за свою жизнь Разорванные на части, раздавленные и сожжённые в пламени взрыва люди. Момент когда она пробудилась от всего этого. Всё это стало для Лизы ночными кошмарами, мурчавшими её каждый божий день.
Даже те пугающие сектанты не были настолько кровожадными, как тот солдат. Конечно, девушка преувеличивала в своих мыслях и он большей части придуманного ею не делал. Это были простые совпадения, но он всегда выступал их катализатором. Тем, вокруг кого это всё происходило.
Несущим смерть…
— Демон…
Кошмаром, который только что воплотился в реальность. И сейчас стоял перед ней за кафердрой… Если это, конечно, он и она не ошиблась.
— Эй, Лиза? Ты чего?
Одет преподаватель был и вправду броско, но не смотря на поднявшийся шум в аудитории, под тихий ужас пытающейся казаться меньше и тщетные попытки подруги Эльштен привести её соседку в чувства, он продолжал свою речь, только чуть громче. Не настолько чтобы специально перекрикивать собравшихся здесь, но достаточно, чтобы все собравшиеся тут понимали: он говорит это не просто так.
— Мы с вами будем как минимум в течение этого года. Может чуть больше, может чуть меньше. В зависимости от того, когда вам подберут постоянного преподавателя с должным уровнем подготовки. Мою дисциплину придётся посещать всем без исключения, причины отсутствия по болезни или элементарное нежелание со стороны слушателей не принимаются.
— И что же? Если я не захочу приходить, что мне будет за это? — спросил с дальнего ряда один из слишком заносчивых высокомерных учеников.
Чем вызвал тихий писк у скукожившейся Принцессы, как когда-то её называли.
— Люсьен, не надо…
— Да что с тобой такое сегодня?
…И новую волну недоумения у её соседки.
Зря он это только что сказал. Очень зря.
— Кто это сказал? — подозрительно спокойно спросил преподаватель. — я не вижу.
— Я сказал, — ученик поднялся с последнего ряда. — ну так что? Я просто не хочу приходить на ваши занятия. Что теперь?
— Чтож, если не хочешь… — протянул учитель, рассматривая вставшего. — прошу, вон выход. Свободен. Только назови мне своё имя, фамилию— продолжил он, пару раз стукнув по странному моноклю на лице.
— Зачем это?
— Буду учитывать ваше отсутствие в списках как «отсутствие по уважительной причине».
Парень хмыкнул и, победно вздернув подбородок, как бы показывая своё превосходство над остальными учениками потока, пошёл вниз к кафедре. На середине пути вниз он гордо произнёс.
— Люсьен Викнерс. В начале списка.
— Ага, спасибо, — добродушно ответил преподаватель, даже не опуская взгляда к журналу.
Вместо этого, он улыбнулся.
От этой улыбки тут же затихла и замера в напряжении вся аудитория. Даже вышедший к кафедре парень остановился, не решившись проходить мимо, к выходу.