Она продолжила экскурс в биологию, сопровождая его изображениями на экране. Инфракрасный сенсор на проекторе улавливал ее движения легко и без задержек. Кратко и ёмко изложив теорию, женщина перешла к главному.
— Классная задница, — прошептал Цицерон. Казалось, мисс Бенор это услышала, но не подала виду.
— Итак, что мы имеем: несколько тысячелетних изменений живого существа под влиянием природы. И конечный этап в развитии — человек. Но в дальнейшем процессе эволюции мы не стали лучше, а лишь приспособились к новым условиям жизни. Мы, люди, отнюдь не венец творения. Болезни, старость, хрупкость и большой срок не всегда полного восстановления тела никак не могут говорить об обратном. Но ждать еще миллион лет мы не можем, чтобы повысить те признаки и качества человеческой особи, которые считаются лучшими для нашего вида. К примеру, уменьшить время регенерации тканей, увеличить количество нервных клеток, снизить затраты на образование мышечной массы, привить устойчивость к известным видам болезней. Поэтому 24 года назад одним из ученых корпорации был создан геном немногим отличный от человеческого, но все же имеющий ряд изменений. При поддержке главных городских организаций и не малых вложений самой корпорации нам удалось взрастить, так сказать, новую форму жизни. И эта форма жизни сейчас сидит передо мной.
— Вы шутите? — Барек разнервничался и снова сжал руку в кулак.
— Извините, мисс-как-вас-там, но я не могу быть хреновым мутантом! —
выпалил Цицерон с усмешкой.
— Этого не может быть! — добавила Лидия немного истерично.
— Я понимаю, вы ошарашены. Позвольте мне спросить. Кто-нибудь из вас когда-нибудь болел?
Ответа не последовало.
— Что же вы молчите? Хотя, в принципе, можете не отвечать.
— Это ничего не доказывает! — воскликнула Лидия.
— Девка права, у нас всё-таки предки есть. Хотя... про всех не знаю, — Цицерон был более чем спокоен.
— Действительно, вашему появлению на свет вы так же обязаны своим родителям. Большинство из них с радостью согласились участвовать в проекте за небольшое вознаграждение.
— Вы пытаетесь сказать, что мои родители пошли на это ради денег? — достаточно спокойно спросил Барек.
— Почти все пары были изначально бесплодными. Кроме матери Цицерона, она сделала это исключительно ради денег.
— Продажная шлюха.
— «Прометей» позволил им осуществить давнюю мечту и стать полноценной семьей, — изображение за женщиной померкло. Внимание мисс Бенор было полностью отдано сидящим.
— Допустим, всё так, как вы говорите, но зачем всё же нас сегодня здесь собрали? — задал вопрос Барек.
— В процессе вашего развития и взросления мы выявили ряд особенностей, к примеру, той же сопротивляемости ко многим или, может быть, всем ныне известным болезням.
— Так вы следили за нами! Вот откуда у вас информация для личных дел! — Лидия снова повысила голос.
— Безусловно. Итак, вы обладаете некоторыми врождёнными способностями, возникшими под влиянием созданного нами генома и наблюдаемыми в течение вашего взросления. Да, мы наблюдали за вами, не следили, но наблюдали. Кое-какую информацию нам передавали ваши родители и школьные учителя. В остальном же источники были различными. Я думаю, для вас не будет секретом, что у корпорации большие связи.
— Стоило вам придумать самосливающие унитазы, как вы стали на побегушках у Горсовета, — высказывание Цицерона заставило улыбнуться каждого из сидящих.
— Возможно, в ваших словах есть доля правды, пусть это потешит ваше самолюбие, — Эржебет скрестила руки на груди.
— Ладно, мы супергерои, и что же дальше?
— Вы задали правильный вопрос, Цицерон. Мы предполагаем, что избавление от болезней и высокая степень регенерации тканей… Скажите, Цицерон, остался ли у вас шрам от того пулевого ранения?
— Нет.
— Так вот, эти особенности являются только частью того, на что способен выведенный нашим учёным геном. Но для того, чтобы разбудить дремлющие способности, необходимо ввести ряд определенных препаратов.
— Ввести? Значит, в этом заключается наша работа? Быть подопытными кроликами?! — Цицерон вспыхнул. — Я не согласен и отказываюсь принимать в этом участие!
— Думаю, три миллиарда изменят ваше решение. Или, быть может, торговля наркотиками приносит больше прибыли? И не беспокойтесь, «Прометей» располагает подобными средствами.
— Три миллиарда? — проговорили сидящие в унисон.
— Именно. Только за участие в проекте. Подумайте об этом.
— А что будет, если мы откажемся? — спросила Лидия.
— Ваша воля, можете уйти в любое время.
— Есть ли риски? — вопрос был задан Бареком, который, кажется, был заинтересован скорее не деньгами, а самим экспериментом.
— Риск есть всегда. Даже у себя дома вы можете случайно поскользнуться на куске мыла или подавиться зубной щеткой.
— И что от нас требуется? — включилась в разговор Агнус.
— Ничего особенного. Жить в стенах корпорации некоторое время, посещать процедуры. Держать себя в форме, посещать спортивный зал.
— Это ещё зачем? Меня моя форма вполне устраивает, — возмутился Цицерон.
— Для общего развития, — Эржебет улыбнулась. — Также на территории имеется бассейн, в общем, всё не слишком-то отличается от отдыха в курортном санатории. В санатории, за который платите не вы, а вам.
— А кто докажет, что мы получим эти деньги? — Цицерон показал проявленный интерес.
— Мой секретарь сейчас раздаст вам копии договора.
* * *
В пустой комнате, Эржебет набрала номер на коммутаторе: «Дело сделано, операция началась».