— Прошу вас более меня не перебивать. Так вот. Мы выяснили, что ваш анабиоз являлся следствием побочного действия препарата, — она была невозмутима. Расслабила спину, сложила руки в замок на левом колене и развернула корпус в сторону стоящего впереди всех Цицерона.
— Побочным действием? — из-за спины Цицерона возник Барек. — И что же, это будет продолжаться каждый раз?
— Вот именно! — добавил Цицерон.
— Это вполне вероятно, но… — Бет на секунду замялась.
— Что — «но»?! Вы… — попытался перебить Цицерон.
— Кажется, я просила вас не перебивать. Что за отвратительная привычка! Кстати, о вашем авансе. Думаю, ста тысяч будет достаточно. По крайней мере, этой суммы хватит на покупку алкогольных напитков в городском пабе сегодня вечером.
— Сто тысяч?! В пабе? Вечером? — в голосе Цицерона прозвучали нотки радости.
— Да, мне кажется, что как раз подошло время вашей первой вылазки в город, — пухлые алые губы расплылись в легкой улыбке.
— Ну, это другое дело! — бородач улыбнулся в ответ.
— Цицерон, ты это так оставишь? — Барек был в недоумении.
— Ну что же вы, Барек? Неужто вы не хотели бы в ближайшее время переиграть тот последний бой? Этой суммы хватит для первого взноса? — директор была вежлива, с лица не сходила улыбка, но глаза оставались холодными.
— Я согласен, — Барек молча развернулся и ушел.
— Это честно, — Лидия не была многословна.
— А ты? Что ты скажешь, Агнус? — Эржебет внимательно посмотрела на девушку. Но взгляд ее казался бесчувственным, как у робота.
— Мне всё равно, — сухо ответила Агнус.
— Конечно, это нехорошо — не сказать нам об этом, но ведь никто не предполагал, что такое может произойти, — говорила Лидия по дороге в апартаменты.
— Да, детка, ты абсолютно права, — Цицерон был счастлив. — Кстати, Барек, о каком бое говорила эта стерва?
Все четверо шли по ярко освещенным полупустым коридорам всё так же в сопровождении. Однако настолько к нему привыкли, что любой разговор для них перестал быть стеснительным.
— Неважно, — отрезал Барек.
— Да ладно тебе, друг, скажи! — Цицерон игриво подталкивал его плечом.
— Лучше придумай нам развлечение на вечер. Вроде как нас сегодня выпускают.
— Да что ты, еще не в курсе? — Цицерон коснулся лбом лба Барека и всмотрелся в его глаза.
— В курсе чего? — Барек головой оттолкнул неприятеля и поспешил его обогнать.
— Мы идем сегодня в мой паб!
— Ты имеешь в виду тот бар, где ты работал? — спросила Лидия, шагавшая прямо за ними.
— Именно. Я угощаю, — Цицерон посмотрел на девушку.
— Думаю, я и сам себя смогу угостить. На сто-то штук, — Барек шел не оборачиваясь.
— Не язви, тебе не идет. А ты как, детка? — Цицерон попытался обнять Лидию за талию, но та быстро увернулась.
— Я не буду против, если туда пойдет Барек.
— Наша девочка влюбилась? А тебе нравятся качки, как я посмотрю.
— Нет. Просто если он не пойдет, мне придется находиться в одной клетке с такой обезьяной, как ты, Цицерон.
— Ох ты! Как она умеет играть язычком! — он облизнулся.
— Это омерзительно, — Лидия зажмурилась.
— Да, я не против пойти, — прекратил Барек их перепалку одним своим ответом.
— Хорошо, тогда я тоже, — Лидия повеселела.
— Ну вот и отлично, — Цицерон немного успокоился.
— А как же ты, Агнус? — обернулась Лидия. — Пойдешь?
— Агнус не идет, она скучная, — нараспев протянул Цицерон, прижимая кулаки к плечам и изображая цыпленка.
— Кажется, он ответил за меня.
— Эй, да не слушай ты этого болвана, — Лидия искренне попыталась ее поддержать.
За стеклянной панелью слева можно было видеть, как бесчисленные машины, словно муравьи в постоянном движении, создают подобные же механизмы. В этом огромном потоке металла сложно было различить присутствие людей. Но всё же несколько настоящих человек участвовало в процессе.
— Нет, спасибо. Пожалуй, у меня другие планы на вечер, — сухо бросила Агнус.
Во второй половине дня они были отпущены с территории. Распоряжение явиться в строго назначенное время прозвучало при этом не один раз. Даже Цицерон не смог бы нарушить это правило, ведь им руководили гордость и жадность.
Лидия собиралась в этот вечер навестить родных, но так как, судя по всему, была заинтересована в Бареке, то пошла вместе с ним и Цицероном в бар.
Агнус же решила остаться в стороне. Она исполнит сегодня свою давнюю мечту — взберется на крышу самого высокого здания города.